— Стой! — Федя ухватил Пегаса за гриву. — Сначала спишемся, адресок узнаем.
Феофан Аргиросович сверху вниз глянул на Елочкина.
— Обижа-а-аешь! Мне ж только след взять. Теперь я вибрации эти откуда хочешь запеленгую. Мои они!
— Тэк-тэк, — ловец пегасов поцокал языком. — А ну как не захочет он под вкус твой равняться? Опять пролетишь.
— Не пролечу. — Феофан нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Ничего-то ты не понял. Этому я все прощу. Мой он, понимаешь?
— Понимаю.
— Пусти, ну! — Пегас рванулся из рук Елочкина.
— Убери за собой сначала! — рыкнул Федя, тыкая пальцем в бродящих по квартире фантомов.
— Вот же зануда, — вздохнул крылатый, но спорить не стал.
Бесплотные Феди дружно обернулись и, как по команде, помаршировали к Первоисточнику. Скоро в комнате стоял Федя Елочкин — единственный и неповторимый. Рядом, забыв о статусе покровителя, резвился Пшик.
Оглядевшись, не забыл ли водворить на место кого-то из Федей, Пегас ринулся к окну. Эфир содрогнулся, пространство разверзлось, словно пошел на взлет реактивный лайнер. Не выдержало напора энергий, осыпалось, переливчато звеня, стекло. Беспокойный гость покинул оккупированную им территорию.
— Пусть теперь с этим крушителем окон разбирается... как его...
— Р. Дерибасов, — подсказал Пшик.
— Во-во! Мой, мой, — с легкой грустью передразнил Елочкин. — А ты мой! — Он подхватил пегасика на руки и чмокнул в мокрый холодный нос. — Пошли полетаем, что ли.
Владимир ЛЕБЕДЕВ
КУДА ИСЧЕЗЛА БИБЛИОТЕКА
ИВАНА ГРОЗНОГО
Группой энтузиастов различных специальностей (инженеры, геологи, археологи, краеведы) проводился в XX веке многолетний поиск следов загадочной библиотеки Грозного. Исследования велись с помощью различной геологической техники, археологических, биолокационных и экстрасенсорных методов поиска. Работы проводились в Москве, селе Коломенском, городе Александрове Владимирской области и в других древних городах России.
История создания библиотеки
Формирование государевой библиотеки происходило за сотни лет до Ивана Грозного. Активно библиотека стала пополняться, когда начались гонения на язычников. Книги конфисковались у опальных князей, бояр, купцов, монастырей, у присоединенных и завоеванных народов Великой Перми, Великой Тюмени, Поволжья, Приуралья, Сибири и т. д. Грозный и последующие цари и Церковь отыскивали древние книги по всей территории России. Книг и библиотек у народов нашей страны было много. Они писались и тиражировались акынами, жрецами, просветителями. Большинство рукописей по мастерству не уступали «Слову о полку Игореве». Книги привозились также из-за границы на шумные ярмарки, где их покупали, обменивали и переводили.
В хранилища поступали книги народов, обращенных в христианскую веру. При Грозном помимо книгохранилищ имелись и самостоятельные архивохранилища (церкви, тайного сыска Малюты Скуратова и др.).
О просвещенности Древней Руси свидетельствует наличие у князя Андрея Боголюбского печатной типографии, основанной им на Старом дворе, в 25 километрах от города Владимира. Упоминая об этом, поэт XIX века Гавриил Державин к записке, направленной в Министерство просвещения, приложил в качестве достоверности справку Синода от 1773 года.
Задолго до правления Ивана Грозного на Руси существовали своеобразные энциклопедии: «Азбуковники толковых словарей», «Сказания (словари) о неудобопонимаемых речах» и другие. Реформаторский пыл Грозного и Церкви в 1551 году ввел запрет на продажу книг, не соответствовавших христианскому мировоззрению, что позволяло уничтожать книги и скрывать от народов многие исторические и культурные ценности их предков. Но книгами и архивами закрытых подземных хранилищ периодически пользовались как церковь, так и историки.
Как «запрятывали» ценности
Подземные хранилища имели многоступенчатую охрану: инженерные решения, присмотр со стороны служителей монастырей, спецслужб и т. п. После 1917 года уход за подземными хранилищами ухудшился, что не могло не сказаться на проникновении туда сырости.
Запрятывание книг, исторических и культурных ценностей обычно связано с реформой письменности и приходится на период смены религиозных воззрений, социально-экономического и династического строя. Подобная волна, но в гораздо большем масштабе, прокатилась по всем континентам в связи с самоутверждением новых религиозных воззрений. Уничтожались храмы, книги, памятники и люди — носители древних верований и знаний. Волны реформ, разрушений, уничтожений, запрятывания книг и людей прокатились и по Руси. Одна из них пришлась на образование Московского царства при Грозном, когда было уничтожено много князей, бояр, священнослужителей и простого люда. Подобное было и позднее, что способствовало сокрытию всего наиболее ценного в подземельях.
Какие книги хранились в «царской либерее»?
В государевой библиотеке находились книги из знаменитой Александрийской библиотеки и собрания древних географических карт, а также манускрипты из многих русских городов. Книги этой библиотеки в хранилищах видели приближенные Грозного, оставившие письменные свидетельства.
В 1556 году дьяки Ивана Грозного предложили пастору из Дерпта Иоганну Веттерману заняться переводом латинских и греческих сочинений. Когда пастору показали книги из «великолепной царской либереи», хранившейся в «двойных сводчатых подвалах», тот в восхищении заявил, что отдал бы все свое имущество, чтобы только эти книги оказались в немецких университетах, так как они принесли бы много пользы людям.
Кто искал библиотеку?
Поисками библиотеки занимался Борис Годунов! Искал ее даже и Лжедмитрий!.. Местонахождением библиотеки интересовался Наполеон Бонапарт, когда вошел в Москву.
В подземном Кремле
Летом 1894 года исследованием подземного Кремля (не без надежды обнаружить библиотеку) занялся князь Н. С. Щербатов. Он раскопал двухъярусные подземелья под Троицкой башней, расчистил от глины и мусора тайный ход, соединявший Угловую Арсенальную и Никольскую башни, а также подземный ход и такую же палату, случайно найденные у Никольской башни. Продолжению раскопок помешала смерть Александра III, а потом у казны не нашлось денег.
Следующим искателем библиотеки стал археолог Игнатий Яковлевич Стеллецкий, который в 1914 году добился разрешения на изучение подземелий кремлевских башен, но из-за Первой мировой войны работы прекратились. После 1917 года профессор Стеллецкий обращался в Моссовет, Совнарком и, наконец, в 1933 году подготовил докладную записку И. В. Сталину. Тот разрешил начать раскопки, после чего комендант Московского Кремля Р. А. Петерсон попросил археолога изложить «письменно и подробно», что собой представляет подземный Кремль и где может находиться библиотека Грозного.
«Из царских теремов, где-то из подвала, — писал Стеллецкий, — был спуск в подземелье — большую подземную палату, которая была наполнена ящиками с книгами, под нею имелось нижнее помещение. От библиотечной палаты ход направлялся в два противоположных конца: к Тайницкой и Арсенальной башням. На первом месте должны быть исследованы башни Угловая Арсенальная, Троицкая и Успенский собор. Дело в том, что из Угловой Арсенальной башни идут выходы за Кремль через соседние башни — Никольскую и Троицкую. Из этих двух в качестве первоочередной необходимо избрать Троицкую, так как из нее должен быть выход в Занеглинье. В наличии такого хода не сомневался и Щербатов в 1894 году. За наличие его говорит, наконец, и решение Ивана Грозного «осесть Опричным двором» как раз напротив Троицкой башни. Очевидно, ее готовым тайником к реке собирался воспользоваться Грозный. Под самую Не-глинку, на соединение с каменным ходом, ведшим к реке, деревянный подземный ход наспех соорудил уже сам Грозный.