— Тебе сейчас не до того, Хейс. Из кожи вон лезешь, чтобы продлить контракт в конце сезона. У тебя не получится усидеть на двух стульях. Нельзя получить все и сразу.
Шесть недель назад, когда Келли впервые мне позвонила, я ехал лишь для того, чтобы утешить Лейтон, хоть немного облегчить ее ношу. Но теперь ловлю себя на мысли, что просто хочу ее видеть, хочу дарить поводы для улыбки. Мечтаю проводить время, вращаться в ее орбите. Дети – это, безусловно, приятный бонус, но нужна мне именно она. Однако Лейтон настолько зациклилась на невозможности совмещать карьеру и чувства, что я и сам начинаю бояться: а вдруг это и правда лишь несбыточная мечта? Вдруг мне не суждено стать одним из тех игроков, кому удается и семью построить, и карьеру на полную мощь катить, не разрываясь между ними?
Я готов на что угодно, лишь бы снова прижать ее к стене и поцеловать, но Лейтон уже все для себя решила, так что я отстраняюсь. Могу поклясться, что в ее глазах на миг вспыхивает разочарование, но, если она того хочет – что ж, мы оба сделаем вид, что взаимного притяжения не существует.
— Тогда поступим иначе. Это ты мне поможешь.
Она хмурится.
— Что?
— Мы будем изображать пару. Это пойдет на пользу моему имиджу: и фанаты, и команда, и руководство будут довольны. Если покажу, что состою в серьезных отношениях с девушкой, опекающей троих детей, это поможет замять прошлогодние выходки.
Полная чушь. Разумеется, мне это не повредит, но я бы ни за что не стал просить о подобном Лейтон, не будь она так твердо настроена против помощи.
— То есть фиктивный роман выгоден нам обоим? — ее глаза загораются.
Ага, идея пришлась Лейтон по душе. Кажется, лед тронулся.
Я киваю.
— Я тоже получу выгоду, но нам придется появляться вместе на людях.
— Мы и сейчас на людях.
— Агент твердит, что мне нужно выглядеть остепенившимся, — поясняю я. — Будешь приходить на игры. Фотографироваться. Сделаем вид, будто ты моя девушка.
В ее широко распахнутых глазах ведут борьбу страх, неуверенность и, пожалуй, любопытство. Публичность – совсем не ее стихия.
Я протягиваю руку.
— Ну что скажешь? По рукам?
Лейтон сверлит взглядом протянутую ладонь, и я буквально вижу, как в ее голове сражаются последние аргументы.
— Ты столько ради меня сделал... Это меньшее, чем я могу отплатить, — мягкая ладонь ложится в мою, и мы обмениваемся рукопожатием.
— Уговор дороже денег. Обратного пути нет.
Лейтон смеется, а я увлекаю ее прочь от стены, обнимая за талию – отчасти для вида, а отчасти потому, что хочу почувствовать, каково это – прикасаться к ней, когда на нас никто не смотрит.
— Ты что творишь? — спрашивает она, хотя и не отстраняется.
— Вхожу в роль.
Лейтон выгибает бровь. Знала бы она, как на меня действует этот взгляд.
Потому что в играемой мной роли слишком много правды.
Глава 27
Хейс
Когда рассказываю Джаггеру о том, что завел фальшивую девушку, неудивительно, что он требует личной встречи и хочет познакомиться с Лейтон. Он разговаривает со мной тем же тоном, что и тогда, когда по сети гуляла фотка, где я валяюсь в отключке в VIP-зоне какого-то бара. К сожалению, пришлось написать Лейтон с просьбой уделить агенту толику свободного времени, которого у нее и так нет.
Захожу в «Пипер» – это выбор Джаггера, что вполне меня устраивает, ведь бар находится прямо под домом. Сейчас день, а у «Фэлконс» игра вечером, так что внутри никого, кроме привычной кучки завсегдатаев у бара.
Я останавливаюсь у края стойки, не проходя в комнату, которую Руби оставляет для нас, чтобы не доставали фанаты и фанатки. Сердце у нее гораздо мягче, чем хочет казаться. Снаружи Руби –доберман, но внутри – чистый лабрадор.
— Ты чего пришел? — спрашивает она, наливая пиво одному из постоянных клиентов.
— Джаггер назначил встречу.
Она сверлит меня взглядом поверх крана.
— Что ты натворил?
Я с шумом выдыхаю.
— Кроме того, что вел себя как святой – ничего.
Я улыбаюсь, но она не отвечает тем же, потому что Руби редко находит поводы для улыбки. К тому же, она наверняка считает, что я несу чушь.
Руби из тех людей, кто не терпит дерьма и привыкла диктовать правила. Забавно, но, по словам игроков «Фэлконс», с годами она стала гораздо покладистее. Полагаю, сказалось то, что последние несколько жильцов над ней были профессиональными спортсменами. Должно быть, она уже привыкла к закидонам.
Она из тех суровых, закаленных чикагцев, которых просто невозможно не любить, даже если не отвечают взаимностью. Хотя, узнав ее получше, понимаешь, что Руби проявляет любовь по-своему и в мелочах.
— Я принесу, — говорит она, так что я иду в заднюю комнату и включаю спортивный канал, попадая на соревнования по корнхолу.
Вскоре заходит Руби и ставит передо мной кружку пива.
— Спасибо, Рубс.
Она выдвигает стул и садится.
— Тебя обменивают? Мне что, теперь придется привыкать к новому молодому любовнику на третьем этаже?
Когда же люди перестанут считать меня ходячей катастрофой?
— У меня контракт до конца года.
— Знаю, но я всякого насмотрелась со спортсменами...
— Прости, что разочаровываю, но я с тобой надолго, Рубс.
Секунду она молчит.
— Ты отлично справляешься, — она кивает в сторону «Уэббер-филд». — Даже завсегдатаи это признают, — она встает и задвигает стул. — Пойду сделаю Джаггеру обычный заказ, хотя он, скорее всего, притащится с одним из зеленых смузи или какой-нибудь другой полезной дрянью. Боже, терпеть не могу этих калифорнийцев. Не понимаю я их.
Я тихонько смеюсь, а она сжимает мое плечо и выходит, наверняка думая, что раз Джаггер приехал, значит, мне сейчас устроят взбучку. И, возможно, права.
На столе вибрирует телефон, беру его и вижу сообщение от Лейтон.
Лейтон: Я опаздываю, но обещаю приехать как можно скорее
Когда Джаггер потребовал встречи, хотелось послать его куда подальше. Я не хотел вешать на Лейтон лишние проблемы, но в то же время понимаю, как важно держать агента в курсе того дерьма, что творится в жизни. В прошлом году я ничего не рассказывал, и это оказалось колоссальной ошибкой.
Я: Не торопись. И прости, что вообще приходится сюда ехать.
Ее ответ прилетает моментально.
Лейтон: Все нормально. Ты не раз меня выручал. Я могу сделать это для тебя
Я: Только чтобы ты знала, я счет не веду
Лейтон: Ну, тем лучше для нас обоих, потому что я все записываю ☺️
Хочется пофлиртовать в ответ, но после разговора в переулке это дается с трудом. Не покидает мысль, что она все еще видит во мне того парня из прошлого года, просто не хочет говорить об этом вслух. До дрожи хочется доказать обратное, но что-то меня останавливает: смогу ли потянуть все это? Смогу ли стать тем бейсболистом, которым мечтаю быть, стать для нее надежным партнером и занять место в жизни детей? Я не уверен, поэтому отправляю единственное, что приходит в голову.
Я: Просто будь осторожна и не торопись.
В ту же секунду, как кладу телефон на стол, дверь открывается, и заходит Джаггер.
Я аж дважды моргаю.
— Простите, это частная комната.
— Ха-ха, смешно, придурок.
— Спортивки, футболка и кроссовки? Ты кто такой и куда дел моего агента?
— Кто я? — он садится напротив. — Очевидно, единственный, кто реально ходит в тот спортзал, за который плачу, чтобы вы, засранцы, могли им пользоваться.
— Мы туда ходим... иногда, — я улыбаюсь и делаю глоток пива.
— Ты же в курсе, что я получаю отчеты о том, кто и когда заходил? — он закидывает ногу на соседний стул и потягивается.