— Лейтон.
Я подаюсь вперед, желая, чтобы Хейс снова произнес мое имя именно так – будто весь день только и ждал моего появления.
Рыжеволосая всплескивает руками.
— Сдаюсь, — она уже собирается уйти, но Хейс быстро выскакивает из комнаты и приобнимает ее за плечи, подталкивая обратно ко мне.
— Руби, хочу тебя познакомить. Это Лейтон. Моя девушка, — он подмигивает мне.
Что ж, полагаю, спектакль с «фальшивыми свиданиями» начался.
— Она? — ее брови поднимаются еще выше.
Я скептически осматриваю себя.
— Без медицинского костюма я выгляжу лучше.
Хейс ухмыляется, и взгляд медленно скользит по моему телу вниз, а затем обратно.
— Охотно верю, — подает голос парень на одном из барных стульев.
— А я не прочь поиграть в доктора, — вставляет другой.
— Оба – вон! — Руби тычет в них пальцем. — Вы что думаете, здесь бордель? Не смейте нести подобное в присутствии девушки.
Надо отдать ей должное: мужчины что-то бормочут в оправдание, швыряют наличные на стойку и убираются восвояси.
Она снова поворачивается к Хейсу.
— Слишком уж она милая и славная для тебя.
Я буквально млею от комплимента, пусть даже меня и сравнивают с теми, кого та привыкла видеть под ручку с Хейсом. Ослепительными супермоделями – безупречными и недосягаемыми красотками. Совсем не такими, как я, с золотисто-рыжими волосами и россыпью веснушек на щеках и переносице.
— Ну, Руби, ты всегда умеешь подобрать слова, — Хейс переводит взгляд с нее на меня. — Лейтон, познакомься, это Руби. Хозяйка бара и по совместительству наш телохранитель. Не обижайся на резкость, она всегда такая.
Я машу рукой.
— Рада знакомству.
Она закатывает глаза и выскальзывает из объятий Хейса.
— Что будешь пить? Хотя забудь, просто принесу что-нибудь из того, что обычно нравится девчонкам.
Я поднимаю палец.
— Мне, пожалуйста, просто воды. Нужно возвращаться домой к детям.
Ее брови поднимаются еще на добрый сантиметр, но Руби молча скрывается за барной стойкой.
Хейс встречается со мной взглядом.
— Привет, — произносит он вкрадчивым, лениво-сладким тоном, будто считал минуты до встречи со мной.
Соберись, Лейтон. Все это понарошку, помнишь?
Хейс берет меня за руку и заводит в комнату, прикрыв за собой дверь.
Помещение – типичная «мужская берлога»: тут тебе и пинбол, и мишени для дартса, и огромный круглый стол, окруженный стайкой стульев. Стены сплошь увешаны фанатской атрибутикой «Кольтс», повсюду висят телевизоры. Судя по всему, настоящий холостяцкий рай.
Взгляд натыкается на Деккера и Истона. Не знала, что они тоже будут, но, по крайней мере, эти лица мне знакомы.
Незнакомый мужчина поднимается и протягивает мне руку.
— Джаггер Кейл.
Я отвечаю на рукопожатие, поправляя сползающие с плеча сумки. Ладонь у него гладкая, без единой мозоли – такая мягкость выдает человека, явно не привыкшего к тяжелому физическому труду. Но черт возьми, до чего же он хорош собой – эдакий типаж богатенького «плохого парня» при деньгах.
— Лейтон Синклер.
— Рад знакомству с девушкой, которой удалось приручить этого зверя, — он по-дружески сжимает шею Хейса.
— Слышали, ты уже познакомилась с Руби? — спрашивает Деккер. — К ней со временем привыкаешь.
Придется, куда деваться, думаю я.
— Дико извиняюсь за опоздание, — снова пытаюсь перехватить сумки поудобнее, но Хейс забирает их, осторожно стягивая ремни с моего плеча.
— Оцените-ка, уже включил «заботливого парня», — подкалывает Истон.
— Присаживайся, Лейтон, — Джаггер возвращается к столу и отодвигает для меня стул.
Входит Руби, ставит передо мной бутылку воды, а парням приносит добавку.
— Руби, ты уже видела липовую подружку Хейса? — хохочет Истон.
Джаггер запускает в него скомканной салфеткой, и та звонко отскакивает от лба.
— Придурок.
— Да Руби никому не разболтает, — оправдывается Истон.
Мне-то переживать не о чем. Сомневаюсь, что органы опеки заявились бы расспрашивать обо мне.
— Липовая? — Руби смеряет Хейса подозрительным взглядом.
— Долгая история, — отмахивается он.
— Вечно вы, мальчишки, в какие-то игры играете. Лейтон, делай что хочешь, но я к тебе привыкать не собираюсь, — она уходит, и дверь захлопывается с громким стуком.
Джаггер косится на меня.
— Ну, по крайней мере, ты выбрал типаж «соседской девчонки» – милой и правильной.
Хочется фыркнуть, но я лишь прищуриваюсь, глядя на Джаггера.
— Ага, предел мечтаний любой девушки.
— Да не похожа она на соседскую девчонку, — бормочет Истон.
Хейс бросает на Истона испепеляющий взгляд.
От мысли, что Хейс, возможно, ревнует, внутри не должно бы все переворачиваться, но сердце все равно делает предательский кульбит.
Истон поднимает руки в защитном жесте.
— Я просто к тому, что она совсем не похожа на «соседскую девчонку».
Хейс придвигается ко мне еще ближе и кладет руку на спинку стула.
— Прошу прощения. Моя жена как раз из таких, «соседских», так что задумывалось как комплимент, — вступает в разговор Джаггер. — Ты вообще увлекаешься любовными романами?
— Простите? — требуется пара секунд, чтобы переварить услышанное: беседа сворачивает совсем не в то русло, на которое я рассчитывала.
— Читаешь любовные романы?
— Даже не знаю. Я... ну, может, иногда. Давно уже не брала их в руки. Времени совсем не было, — пожимаю плечами.
— Понимаю. Я слышал об утрате и искренне соболезную.
— Спасибо, — стараюсь быть вежливой, хотя все еще не до конца понимаю, зачем понадобилось встречаться.
— Моя жена пишет в этом жанре. Так что, если вдруг захочется чего-то новенького, я дам ее имя.
— А... да, конечно. Было бы здорово, — я бросаю короткий взгляд на Хейса, но тот кажется совершенно невозмутимым, несмотря на то что Джаггер так внезапно сменил тему.
— У нее лучший в мире источник вдохновения для главных героев, так что и персонажи выходят загляденье, — заявляет Джаггер.
— Очевидно, — я тут же внутренне содрогаюсь. — Прозвучало саркастично... Я не хотела, чтобы так выглядело. Уверена, что вдохновляете ее именно вы.
Хейс слегка сжимает мое плечо.
— Буду краток, — Джаггер шумно выдыхает. — Спасибо, что пришла, Лейтон. Но, к сожалению, ты не увидишь того обаятельного парня, с которым привыкли иметь дело жены и подруги клиентов. Вы ввязались в ситуацию, которая может обернуться для Хейса катастрофой, если все всплывет наружу. Поэтому мы должны быть уверены: весь этот «спектакль» останется в строжайшем секрете. Все, кто сейчас в комнате, в курсе. Благодаря Истону знает и Руби, но она – могила, за нее я не переживаю. Больше никому за пределами этого круга знать не положено.
— Ну, еще дети, — замечаю я.
Он качает головой.
— Нет, детям тоже знать незачем.
Я перевожу взгляд на Хейса: мне совсем не хочется лгать детям. Но они еще маленькие. Вряд ли вообще что-то поймут. К тому же я не хочу, чтобы они лишний раз изводили себя страхом, что не смогут остаться, – если посвятить их в план, тревоги только прибавится.
— Твой адвокат в курсе? — Джаггер бесцеремонно прерывает мои мысли.
— Думаю, она догадывается, — отвечает Хейс.
— Да, я почти в этом уверена, — киваю я.
— Что ж, пусть догадывается, но никогда не вздумайте подкреплять ее подозрения или признаваться. С этого момента вы – пара. Каждый раз, когда выходите в свет, должны выглядеть безумно влюбленными. Хейс, стоит вам переступить порог любого здания, и твоя рука либо в ее ладони, либо на ней самой. Будешь утыкаться носом в шею, осыпать поцелуями щеки и губы. Не забывай проводить рукой по спине или бедру.
В жилах вспыхивает паника. Хейс будет касаться меня так, словно я принадлежу ему? Как после этого не запутаться в собственных чувствах?