Я пытаюсь вывести ее из толпы, но та продолжает раздавать приветы каждому, кто готов ее растоптать ради автографа. Беру на руки, и Монро обхватывает меня ногами за талию.
— Прости, Хейс в буллпене35, — Деккер указывает направление, но я его не вижу.
Новый менеджер команды – какой-то Рипли. Раньше он был ассистентом в Сиэтле, из-за чего Хейс всю неделю был как на иголках, но, по его словам, мужик вроде бы не держит зла.
— Ничего страшного, — я дотягиваюсь до Линкольна и дергаю его за руку. — Идите готовьтесь к игре. Удачи вам, парни.
Линкольн упирается и продолжает болтать с ними все то время, пока я тащу его обратно.
Заполучив обоих детей, перевожу дух и вижу Лейк: она сидит на нашем ряду, закинув ноги на пустующее кресло впереди, и уткнулась в телефон.
— Пошли на места, — я беру Линкольна за руку, а Монро продолжаю держать на руках.
— Привет, — говорит Монро паре позади нас. — Привет, — машет она следующей компании.
Все они улыбаются и отвечают, но клянусь, я больше никогда в жизни не хочу слышать слово «привет».
Я опускаю Монро на землю и усаживаю обоих между собой и Лейк.
— А теперь давайте просто посидим и придем в себя, ладно?
— Ты вся красная, — замечает Лейк.
Я прищуриваюсь. Она понятия не имеет, насколько я уже вымотана, а ведь игра еще даже не началась.
— Кажется, в следующий раз на бейсбол я пойду одна, — бормочу я.
Я достаю телефон из сумочки, чтобы сделать пару снимков и отправить Келли и Вив – адвокат сказала, что нужно собирать доказательства того, что провожу время с детьми. Видимо, совместные ужины и купания не считаются, поскольку они ее не особо впечатлили.
— Улыбочку, — командую я, и в тот самый момент, когда нажимаю на кнопку, чтобы сделать фото, приходит сообщение. Я щелкаю кадр, и – надо же! – Лейк даже улыбается.
Хейс: Нашли свои места? Без проблем?
Смотрю на поле, зная, что он где-то там. Я так жду возможности увидеть его в игре.
Я: Да, у меня будет идеальный вид на твою задницу всю игру.
Хейс: А ты думала, почему я выбрал именно эти места?
Я: Не уверена, что смогу держать себя в руках.
Хейс: Отлично, значит, к тому моменту, как мы увидимся после матча, ты уже будешь на полпути к цели.
Я отправляю ему фотографию всей троицы.
Я: Кажется, ты забыл про этих ребят.
Хейс: Они же когда-нибудь ложатся спать. Мне пора, просто хотел убедиться, что вы добрались. Жду не дождусь встречи после игры.
Мы еще ни разу не оставались друг у друга на ночь, в основном потому, что я не хочу путать детей, да и сама мысль об этом кажется верхом безответственности.
Я: Удачи. Твоя личная группа поддержки в сборе.
Я прячу телефон в сумку.
— И чего ты так уставилась в телефон? — подозрительно спрашивает Лейк.
Полчаса спустя, когда Монро лично поприветствовала каждого в секторе, всех просят встать для исполнения национального гимна.
На поле выходит Хейс, уже в щитках и защитном нагруднике. Он выискивает нас взглядом, и Монро кричит фирменное «Привет!». Я заставляю Линкольна поменяться местами, прежде чем Лейк успевает зажать ей рот рукой.
После гимна Хейс машет.
— Повернитесь-ка спиной, ребята, — командую я.
— Серьезно? — ноет Лейк, но все же подчиняется.
Мы поворачиваемся, демонстрируя его имя на спинах, и когда оглядываюсь, Хейс держит руку на сердце. Я посылаю воздушный поцелуй, и его улыбка становится еще шире.
Затем он исчезает в дагауте, и мы садимся. Когда наступает очередь «Кольтс» выходить на поле, он выбегает легкой трусцой, шлем небрежно сдвинут на макушку. Хейс замедляет шаг и смотрит на нас. Убедившись, что питчер все еще идет к горке, он подбегает и прижимает ладони к защитной сетке.
— Привет, — говорит он, обращаясь прямо к Монро.
Она заливисто хихикает.
— Сегодня Национальный день приветствий, — она подпрыгивает и хлопает в ладоши.
— Я знаю. Поэтому и поздоровался, — он смотрит на меня, и я искренне надеюсь, что из-за сетки Хейс не видит слез, наворачивающихся на глаза. — Увидимся после матча.
Он подмигивает и уже через секунду занимает позицию на корточках за домом.
— Какая стыдоба, — бормочет Лейк.
Я пропускаю ее слова мимо ушей, потому что прямо сейчас по уши влюблена в Хейса Карлайла.
Глава 42
Хейс
Трудно фокусироваться, когда знаешь, что Лейтон и дети сейчас на трибунах. В перерывах между каждым иннингом я, возвращаясь в дагаут, отыскиваю их глазами и улыбаюсь. Лейк выглядит по большей части равнодушной, Линкольн замер на самом краю сиденья, во все глаза пялясь на происходящее на поле, а Монро вертится, болтая с кем-то в ряду позади. Пусть их присутствие и добавляет мандража, мне нравится, что они видят меня в привычной стихии. Это дает какой-то особенный заряд, заставляет лезть из кожи вон.
В первый же выход к бите я выбиваю дабл в правое поле – мяч ложится на линию. Даже Лейк вскочила и закричала. По идее, следовало смотреть на скамейку запасных, но я первым делом ищу взглядом Лейтон.
С тех пор как мы перешли черту, все идет просто замечательно. Ее ненасытность в постели вызывает чертовское привыкание, но дело не только в том, что ей секс нужен так же сильно, как и мне. Дело во всем остальном. В том, как я возвращаюсь к ней после домашних матчей, как валяемся на диване, и ее ноги закинуты на мои, в том, как вместе соображаем, что бы съесть на ужин.
На днях она устроила феноменальный «благодарственный» минет, когда дети уже легли спать. Лейтон как раз пришла с работы, а я к тому времени успел перестирать все белье и накрыть на стол. И руки у нее, как оказалось, золотые – и не только в этом деле, массаж тоже делает классный. Мои ноги еще никогда не чувствовали себя лучше.
Йен заводит меня в дом, и, пересекая домашнюю базу, снова бросаю взгляд в их сторону. Они все ликуют, и я машу рукой.
— Слушай, да ты в ударе, — говорит Деккер, когда добираюсь до дагаута.
— Это магия Лейтон, — вставляет Истон.
— Той подружки? — уточняет Дрю.
— Ее самой, — хватаю бутылку и делаю жадный глоток.
— Тебе бы тоже не помешало обзавестись такой, для тонуса полезно, — говорит Истон, оборачиваясь от перил, чтобы самодовольно ухмыльнуться Дрю. — Капелька удачи точно бы не повредила.
Он указывает на импровизированную таблицу. Пока что мы, инфилдеры, ведем по количеству взятых баз за месяц. Дрю лишь кривится в ответ.
— Мне бабы не нужны, чтобы нормально играть.
Истон не унимается.
— Была бы у тебя девчонка, глядишь, и не вылетел бы сегодня со страйк-аутом.
— У судьи зона – полное дерьмо, — огрызается Дрю.
— Вечно у тебя что-то не слава богу, а? — Истон подмигивает ему.
К счастью, Рипли машет, подзывая к себе, и я получаю долгожданную передышку от бесконечной грызни между Истоном и Дрю.
— Что там?
Новый менеджер раньше входил в тренерский штаб в Сиэтле. Поначалу я опасался, не припомнит ли он прошлый сезон, но, похоже, мужик не из злопамятных.
— Что думаешь о Тазе? Как он тебе? — Рипли ни на секунду не сводит глаз с поля.
Я бросаю взгляд вдоль дагаута, высматривая Таза. В прошлом иннинге он малость сдал, но, по-моему, запала еще хватит.
— Думаю, еще на один его выпустить можно.
— Согласен. Выйдете вдвоем еще раз, но будь готов к замене.
Я киваю.
— Договорились.
— В последнее время ты отлично отбиваешь, — Рипли кивает в сторону трибун. — Это твои там?
— Да, девушка. Она только что оформила опеку над племянниками, — так проще, чем пускаться в объяснения про троюродное родство и разжевывать всю ситуацию.
Он кивает и мельком смотрит на меня.