Ладонями обхватываю его лицо.
— Я тоже тебя люблю. Никогда не думала, что это возможно. Быть с таким, как ты.
Он улыбается – медленный, обезоруживающий изгиб губ, который, кажется, длится вечность, – и наклоняется, чтобы поцеловать меня.
А потом мы даем обещания и признания, пока руки медленно исследуют друг друга. В наших движениях легкий, романтичный ритм, от которого сердце взмывает в небеса. Мы сливаемся воедино, в истоме целуя друг друга, а покрытые испариной тела сплетены так тесно, что ничто и никогда не сможет нас разлучить.
Глава 46
Лейтон
Я вываливаю на кухонный остров гору украшений для дня рождения Лейк. Вообще-то мы собирались заняться этим еще прошлым вечером вместе с Хейсом, но, когда дети легли спать, мне захотелось подольше побыть с ним наедине. Он остался на ночь, но ушел еще до того, как ребята выбрались из комнат. Рано или поздно придется обсудить ночевки, но разговор подождет до тех пор, пока суд не отдаст мне опеку.
Раздается звонок в дверь. Я бросаю шарик, который как раз собиралась надуть, и иду открывать.
Обычно я бы летела к порогу со всех ног, предвкушая встречу с Келли. Мы не виделись целую вечность, и я бы с ходу затиснула ее в объятия, но чем ближе подхожу, тем медленнее становятся шаги. Все потому, что я пообещала Хейсу: именно сегодня во всем признаюсь его сестре.
Не думаю, что она сильно расстроится. Келли не дурочка и уже не раз намекала, что он мне нравится. И все же не хочется, чтобы она чувствовала себя лишней или решила, будто я променяла ее на брата.
Звонок заливается снова. А потом еще раз. И еще.
— Ну ты и... — качаю головой, распахивая дверь.
Сумки с глухим стуком падают на пол, и подруга сгребает меня в охапку. Не знаю, преподают ли в семействе Карлайл мастерство объятий, но уроки явно пошли бы всем на пользу.
Я крепко прижимаюсь к ней в ответ; знакомый аромат духов и шампуня приносит долгожданное спокойствие. Моя лучшая подруга наконец-то дома.
— Больше никогда не уеду так надолго, — она отстраняется и окидывает меня изучающим взглядом. — Ты какая-то другая.
Я приглаживаю волосы и опускаю глаза, осматривая себя.
— В смысле?
Келли еще раз пробегает по мне глазами.
— Не знаю. Не в плохом смысле, просто... иная.
Я подхватываю одну из сумок.
— Ну ты и чудная, заходи давай.
Келли скидывает туфли, я пристраиваю багаж в прихожей, и мы проходим вглубь дома.
— А где мелюзга? — спрашивает она.
— Линкольн и Монро у мамы. У них сегодня «День черничных маффинов», так что скупают их во всех пекарнях, чтобы выбрать самые вкусные.
Подруга запрыгивает на стул около столешницы и вытягивает шарик из упаковки.
— Не думала, что Лил на такое способна.
Я усмехаюсь и устраиваюсь на стуле рядом. На мгновение кажется, будто нам снова по двенадцать: сидим над миской сырого теста для печенья, сплетничаем о парнях и подростковых драмах. Даже в те времена я вечно следила за Хейсом, если он оказывался дома. Кровь вскипает от одной только мысли о том, что теперь он – мой.
— О чем думаешь? — вопрос Келли врывается в воспоминания о том, как вчера его губы блуждали по телу, а сам он не сводил с моего лица пристального темного взгляда.
— Просто нервничаю из-за вечеринки, — быстро отзываюсь я.
— У тебя какая-то странная улыбка, — Келли склоняет голову набок, присматриваясь.
Пришло время признаваться, и чем скорее, тем лучше. Если затяну, она разозлится еще сильнее.
— Мне нужно кое-что тебе сказать.
Ну давай же, подруга, режь правду-матку.
Она выпускает шарик изо рта и складывает руки на коленях.
— Что-то, связанное с опекунством?
— Нет. Предстоит еще один визит к Артуру и Джулианне, а потом, насколько я знаю, соцработник отправит отчет судье. Сказала, это займет пару недель.
Келли закатывает глаза.
— Как мило с их стороны тянуть кота за хвост.
Я пожимаю плечами. Сложно винить их в желании убедиться, что решение будет принято в интересах детей. И пусть я лицо заинтересованное, знаю: лучше меня никого не найти.
Келли похлопывает меня по колену.
— Ты получишь опеку, вот увидишь. А как там Марк? — она игриво поигрывает бровями.
— Он больше не мой адвокат, забыла?
Келли хмурится.
— А мне такие жаркие сны с ним снились... — она вздыхает и устремляет взгляд в потолок, на щеках проступает румянец, но Келли тут же встряхивается. — Ладно, раз дело не в детях, тогда в чем? — ее глаза расширяются. — Ты с кем-то познакомилась?
Ты справишься, Лейтон. Просто выложи все как есть.
— Да, познакомилась.
— И почему не начала с этого? Ты должна была вывалить новость, стоило мне переступить порог. И я даже немного обижена, что ты ни словом не обмолвилась об этом мистере Икс во время девичьих посиделок, — она подносит шарик к губам, но тут же отстраняет его, о чем-то задумавшись. — И что, он соответствует всем твоим критериям?
— Эм... нет.
Келли запрокидывает голову, и я не могу понять, что она чувствует: облегчение или досаду. Затем выпрямляется и снова собирается надувать шарик.
— Вот и славно. Уверена, любой парень из того списка в постели оказался бы полным бревном.
Да уж, с этим проблем точно нет.
Видя, что я медлю с ответом, она уточняет:
— Ты ведь уже с ним переспала, да?
В глубине души хочется, чтобы Келли наконец занялась этим чертовым шариком – так будет время подобрать слова. Вчера, когда мы «репетировали» с Хейсом, он просто рассмеялся и заявил, что ему глубоко плевать, одобрит Келли наш союз или нет – для него это ничего не изменит. Слышать такое было приятно, но для меня это важно. И кажется, он лукавит, полагая, будто его не заденет враждебность к нашим отношениям.
— Было дело, да.
— Ну и? — она тут же поднимает руку. — Хотя забудь. Знаю я твою привычку не выносить подробности из спальни.
Я всегда делюсь всем, что происходит в моей жизни... ну, в разумных пределах. Но, сидя здесь, я впервые осознаю: пока мы с Хейсом вместе, о сексе придется помалкивать. Не то чтобы я обычно вдавалась в интимные подробности, но теперь точно не смогу признаться за чашкой кофе, что ее братец виртуозно владеет языком или что вчера едва меня на части не разобрал.
— Так, что, черт возьми, происходит? — спрашивает Келли. — Мы не виделись несколько месяцев, а ты все время витаешь в облаках. Этот парень, должно быть, нечто особенное.
— Так и есть, — очень надеюсь, что по голосу Келли поймет, как много он для меня значит.
— И как только умудрилась по уши втрескаться, пока разгребала дела с детьми и судами по опеке... — ее глаза округляются, а челюсть буквально отвисает. — Лейтон...
Я не удивлена, что она догадалась. Келли всегда была чертовски проницательной. Я киваю и прикусываю губу.
— Хейс?! — выкрикивает она. Шарик выпадает из рук, и Келли спрыгивает со стула. — Мой брат?
Совсем не такую реакцию я ожидала увидеть. Она выглядит настолько ошарашенной, что я теряюсь.
— Да, Хейс.
Келли резко разворачивается и упирает руки в бока.
— Ты спишь с моим братом?
Я киваю и, чтобы хоть как-то отвлечься, принимаюсь теребить украшения для вечеринки.
Нет. Нужно стоять на своем. Она должна знать, как он мне дорог.
— Прости, — я соскальзываю со стула. — Все вышло как-то само собой. Хотя нет, это неправда. Я ведь так и не сказала... — черт, она же даже не знает про тот поцелуй еще в колледже.
— Ах ты дрянь, — гнев застает меня врасплох, и я невольно пячусь. — Я отправила Хейса на выручку, а ты на него запрыгнула, как мартовская кошка!
В груди все сжимает, слова даются с трудом.
— Что? Нет, все совсем не так.
— А я-то думала, что ты моя лучшая подруга.
— Так и есть.
— Лучшие подруги не трахаются с братьями друг друга. Я вам доверяла. Обоим, — она выхватывает телефон из заднего кармана джинсов. — Сейчас я ему напишу и пошлю куда подальше.