Лейтон берет меня за руку и тянет к лестнице.
— Пойдем.
— Малыш, я так давно тебя не касался, что хочу смаковать каждую минуту.
Лейтон замирает на второй ступеньке и оборачивается. Мои ладони ложатся ей на бедра, и та наклоняется для поцелуя.
— Я веду тебя наверх не ради секса.
— Тем лучше. Потому что, когда дети лягут спать, я собираюсь целую вечность упиваться твоей киской, прежде чем наконец войти. Я соскучился по своей напарнице по играм.
Ее щеки вспыхивают, и Лейтон издает тихий стон. Господи, обожаю эти звуки.
— Так, завязывай с пошлостями, пока я тебе кое-что не покажу, — она тянет меня за руку, и я послушно следую вверх по ступеням.
Там она останавливается, но ведет не в свою гостевую. Я замечаю, что дверь в спальню Скай и Патрика распахнута. Лейтон затягивает меня внутрь.
Похоже, она в самом разгаре ремонта. Из комнаты вынесли абсолютно все, кроме стремянки и фотографии Лейтон со Скай, оставленной на пустом комоде.
— Ну, что скажешь? — спрашивает она.
— Выглядит круто. Правда, цвет для меня слегка девчачий, — Лейтон наклоняет голову набок, и я подхожу ближе. — Мне очень нравится. Думаю, у тебя выйдет отличная спальня.
— А у тебя? — она поднимаю брови.
Я делаю вид, будто сердце не готово выскочить из груди от намека на переезд.
— Ты хочешь, чтобы я сюда въехал?
— Знаю, внезапно, но пока я разбирала их вещи, перед глазами пролетела вся история их жизни, и я поняла, что хочу того же. Хочу, чтобы в шкафу десятилетиями висела наша любимая одежда. Чтобы в ящике годами копилась косметика. Хочу обрастать общим бытом именно с тобой.
— Какая романтика, — хмыкаю я.
— Слушай, я не мастер слова, но хочу засыпать с тобой каждую ночь. Хочу ленивых рассветов, когда заказываем детям пончики, лишь бы еще немного поваляться в постели.
Я притягиваю ее к себе и целую в лоб.
— Ты крадешь мои реплики. По сценарию это я должен тебя очаровывать, а теперь получается, что ты вовсю окучиваешь меня.
Лейтон кладет подбородок мне на грудь и пристально смотрит снизу вверх.
— Кажется, мы друг друга завоевываем. В этом же весь смысл – чтобы искра не погасла.
— Малышка, эта искра никуда не денется.
— Всякое может быть. Но, как ты сам сказал, такова жизнь, верно? Мы бы ее снова отыскали.
В эту секунду я просто не могу представить, что когда-нибудь перестану ее хотеть.
— Ну так что? — она прикусывает нижнюю губу.
Я вглядываюсь в ее глаза и ладонью накрываю щеку.
— Я люблю тебя, Лейтон Синклер, и с радостью к тебе перееду.
Она шумно выдыхает и облегченно вздыхает.
— А я-то думала, ты скажешь что-то вроде «спасибо, не надо».
Я хмурюсь.
— С чего вдруг?
Лейтон качает головой.
— Потому что казалось, я все между нами испортила, и ты захочешь притормозить. Что мои проблемы...
— Никогда. Давай договоримся: ты меня больше не выставляешь, а я никогда от тебя не ухожу, — перехватываю ее руки, не давая отстраниться, и заглядываю в глаза цвета океана. — Обещаю, я тебя никогда не оставлю.
Лейтон улыбается, даже не пытаясь высвободиться.
— Знаю. И я больше тебя не выгоню. Хотя, может, иногда буду просить поспать на диване, — посмеивается она.
— Никаких диванов. Я ввожу правило: мы не ложимся спать в ссоре. Если придется, я буду часами вылизывать тебя, пока не простишь.
— Господи, Хейс! — Лейтон протестует, но густой румянец выдает, что ей чертовски нравится такой тон. — Ой! — она выскальзывает из моих объятий, хотя хочется вцепиться в ее футболку и притянуть обратно. — Есть еще кое-что, зачем я позвала тебя наверх.
— Что именно? — я слегка склоняю голову набок.
Лейтон открывает один из ящиков комода, достает телефон и несет мне. Я присаживаюсь на край кровати и хлопаю себя по бедру, приглашая на колени, она послушно усаживается.
— Нашла этот мобильник в рюкзаке Патрика. Запасной. Поставила на зарядку, и в ту же ночь на него позвонили. Я ответила.
Мои брови ползут вверх.
— Звонил частный детектив, которого нанял Патрик. Заявил, что раз от Патрика ни слуху ни духу, он уничтожит снимки, потому что оплату так и не получил.
— Сказал, зачем Патрик его нанял?
Лейтон качает головой.
— Нет. Сказал, если я заплачу, он все расскажет.
— И ты заплатила?
Она снова качает головой.
— Не знаю, хочу ли это знать. Понимаешь, у мужчины не так много причин заводить второй телефон и нанимать сыщика. Здесь что-то нечисто. Я могла бы оставить все как есть, в тайне...
— Как думаешь поступить? — спрашиваю я. Будь я на ее месте, давно бы уже все оплатил, но понимаю, почему Лейтон хочется, чтобы тайна ушла в могилу вместе с ними.
Она медлит, взвешивая решение, затем шумно выдыхает.
— Кажется, я все-таки хочу знать. Это ведь не слишком скверно? Или вторжение в частную жизнь..?
— Ты растишь троих его детей, — напоминаю я. — И все это вовсе не обязательно означает то, чего ты боишься. Мало ли что там обнаружится, помимо измены.
Она решительно кивает.
— Ладно. Перезвоню детективу.
Я целую ее в щеку и ободряюще поглаживаю по спине.
Лейтон набирает номер, и я слышу только часть разговора. Она просит прислать счет и обещает тут же его закрыть. После этого детектив должен переслать снимки.
Тому требуется пара минут, чтобы выставить счет. Мой бумажник под рукой, а сумочка Лейтон осталась внизу, так что я просто расплачиваюсь кредиткой. Я и так собирался предложить помощь, но не хотел навязываться.
Спустя считаные минуты после оплаты на почту приходит письмо от следователя.
— Погоди! — восклицает она, не давая кликнуть по вложению. — Не хочу смотреть здесь. Пойдем в гостевую.
— Боишься плохой энергетики?
Она пожимает плечами.
— На всякий случай. Теперь это наша спальня, и я хочу, чтобы все, что на кадрах, осталось за ее порогом.
Я усмехаюсь, но прекрасно ее понимаю.
— Веди.
В гостевой комнате мы устраиваемся на краю кровати плечом к плечу, касаясь друг друга руками и бедрами.
— Готов? — спрашивает она.
— По-моему, этот вопрос должен задавать я.
— Я готова, — Лейтон кивает и переходит по ссылке. И когда на экране проявляется первый снимок, мы в один голос выдыхаем: — Что за чертовщина?
Глава 55
Лейтон
Палец дрожит, когда нажимаю на кнопку звонка.
Дом украшен к лету: коврик в виде эскимо на палочке, а в горшках с цветами по обе стороны от двери торчат вертушки. На цветочном венке, висящем на двери, красуется надпись: «Добро пожаловать, лето».
От всего этого тошнит.
Хейсу потребовалась вся сила воли, чтобы не пойти со мной, но кажется, что я получу больше ответов, если буду одна.
Замок щелкает, и я задерживаю дыхание. Каждая мышца в теле кричит о том, чтобы бежать и забыть обо всем этом. Кому какое дело до того, что произошло? Но я хочу знать правду. И, возможно, когда-нибудь дети тоже захотят. Кто знает? С этим придется разбираться по прошествии лет, хотя прямо сейчас я думаю, что, наверное, лучше всего будет оставить правду при себе.
Дверь медленно открывается, и Артур отшатывается, увидев меня.
— Лейтон? — спрашивает он, ведь я, вероятно, последний человек, которого тот ожидал увидеть.
— Можно войти?
Он отступает в сторону. А я уж переживала, что не зайду даже так далеко.
Я вхожу в дом, в котором пахнет так, будто на плите постоянно кипит какой-то ароматизатор. Здесь мило, но не так уютно, как я люблю, хотя и не так холодно, как себе представляла.
— Можем присесть в кабинете, — он закрывает входную дверь, защелкивает замок и идет направо, в комнату, какие я видела только в журналах.
Там стоят два коричневых дивана друг напротив друга, а между ними – длинный стол с идеально разложенными журналами и какой-то скульптурой, которая явно стоит для красоты. Хочется рассмеяться при виде этой штуки, зная, что в нашем доме она вряд ли продержалась бы и неделю, прежде чем Линкольн сбил бы ее мячом, отскочившим от стены.