«Хорошо, — подумал он, — Башня от меня никуда не уйдет. Прежде надо выяснить, чего хочет этот бедолага, и помочь ему».
Космонавт поднял туземца с земли и знаками показал, что готов следовать за ним.
— Идем! — сказал просиявший Йей.
Он вывел Духа к речному откосу выше по течению от места ночевки. Ближе к воде разрастались настоящие джунгли из густого кустарника в человеческий рост. Они спустились к потухшему костру, подобрали вчерашний улов Йея, погрузили все в спрятанную у воды пирогу и сели в нее сами. Ловко управляя единственным веслом, Йей доставил их дальше по течению. Хотя Лео постоянно ожидал какого-либо неприятного знакомства с обитателями вод, путешествие прошло благополучно. Едва лодка ткнулась носом в узкую песчаную отмель, как Йей издал пронзительный крик, вероятно, подражая какой-то местной птице, и почти тут же прозвучал ответ. Из зарослей бурого кустарника показалась девушка-туземка, похожая на Йея, Она выбежала навстречу, но, разглядев Лео, настороженно замерла, готовая скрыться обратно. Землянин не сразу смог определить, кем она приходится его спутнику: подругой или сестрой, да и не имел он никаких понятий о здешних нравах. Поэтому, чтобы не испугать соплеменницу рыбака резким движением, он остановился поодаль, с любопытством наблюдая за девушкой. Йей подошел ближе и быстро-быстро заговорил что-то, часто повторяя: «Дух Неба, Дух Неба». Все же поразительное внешнее сходство и манеры поведения убедили космонавта в их близком родстве. Наконец девушка покорно кивнула, приблизилась к Лео и, низко поклонившись, отступила с опущенной головой.
— Ай, — назвал туземец имя своей сестры.
Лео смотрел на нее, и ему казалось, что перед ним оживший фантастический фильм о контакте мудрых землян с дикими инопланетянами. Неужели эта девушка существовала в действительности? В первую же минуту ему пришло на ум сравнение с древнеегипетскими богинями. Он вспомнил Пахт в образе женщины с львиной головой, птицеголового бога Ра, зловещего Сета... Словцо в мифологии давно исчезнувшего народа Земли, чудесно отразилось увиденное им теперь на этой планете.
Туземка не достала бы ему до плеча, встань она рядом. Золоти-сто-медное тело едва прикрывалось пояском из пятнистых шкурок местных зверьков. Она была стройнее и тоньше земных женщин, но, несомненно, близка к ним анатомически. Лео вспомнил рассуждения ксенологов-антропоцентристов и признал справедливость утверждения о сходстве развития жизни на планетах земного типа. Главное внешнее отличие заключалось в лице: огромные глаза почти правильной овальной формы, словно вобравшие в себя всю темноту местных ночей, смотрели на землянина без страха, но настороженно, с немым вопросом. Нос или его видимый аналог отсутствовал, губы клювообразно выдавались вперед, придавая лицу сходство с земной птицей. Черные, с медным отливом волосы обрамляли этот необычный портрет, касаясь длинной точеной шеи, падали на плечи, спину туземки. Чем дольше смотрел на нее Лео, тем меньше он замечал непривычные и неприятные на первый взгляд нечеловеческие черты, зато другие, вызывающие симпатию и восхищение, властно выступали на первый план.
— Идем, — произнес Йей знакомое слово, прерывая созерцание Лео.
Сестра пошла впереди, указывая неприметную глазам землянина тропинку в зарослях, а Йей и его ночной гость ступали за нею след в след.
Солнце покатилось к закату, когда они только пришли к цели. Лео решил не настаивать на немедленном выступлении к Башне. Пока он отдыхал под крышей из переплетенных ветвей, Йей тщетно пытался уговорить Ай отправиться к родичам до их возвращения из опасного и трудного похода.
— Нет, — сказала Ай. — Ты забыл, брат: я вольна распоряжаться собой, как все женщины речных охотников. Я иду с вами к Башне. Я сказала все.
Йей вынужденно смирился: не в обычаях племени было навязывать свою волю женщинам. Но как отнесется к появлению спутницы Дух Неба? Йей поспешил высказать сестре свои сомнения. Если Ай хочет идти с ними, это ее право, но прежде она должна исполнить заклинание Духа.
Здесь же неподалеку, на сухом пригорке, свободном от кустарника, Йей развел в сумерках обрядовый костер и жестами пригласил Духа на почетное место. Лео чувствовал легкое недомогание и предпочел бы поспать до утра под кровом незатейливой хижины, но торжественный вид Йея и подчеркнутая официальность церемонии возбудили в нем любопытство. Едва землянин вытянул ноги у огня, Йей подбросил в костер сучьев, присел сбоку и затянул на одной ноте напев без слов, помогая себе ритмичными хлопками ладоней. Взметнувшиеся языки огня выхватили из сгустившейся тьмы фигуру девушки, стоящей поодаль. Грациозно сбросив накидку из звериных шкурок и распустив поясок короткой юбки из широких остроконечных листьев, Ай предстала взору землянина совершенно обнаженной. Пританцовывая под мелодию Йея, девушка поднялась на пригорок и приблизилась к Лео, низко поклонившись ему в зареве костра.
Ай запела, изгибаясь под участившиеся ритмичные хлопки Йея, двигаясь по кругу, едва не касаясь горящих сучьев. Она пела старинное заклинание Духа Неба, передаваемое от женщины к женщине, от матери к дочери из поколения в поколение речных охотников:
О могущественный Дух Неба!
Не будь столь жесток и беспощаден.
Снизойди к нам хоть на один день
Без вражды и жажды убийства.
О, яви же нам свое могущество
И силу в благих делах,
Будь милосерден и добр.
Дай нам утеху и радость,
Ниспошли удачу в охоте,
Отдых после долгого пути,
Отврати болезни и немочь,
Дай силы в жизни
И смерть легкую в свой час.
Снизойди до нас, молящих тебя.
О, могущественный Дух Неба!
Одари нас благодатью своей,
Не помни зла и не держи обиды,
Будь милостив и великодушен...
Языки пламени колыхались, озаряя лицо и фигуру танцующей, блестящие глаза то вспыхивали, то исчезали под россыпью черных^ как прогоревшие угли, волос. Ай извивалась перед Лео, протягивала к нему руки, отступала, кружилась на месте, не прекращая напева. Она молила, заклинала не только голосом, но и каждым движением тела. Сидящий неподвижно Лео завороженно, едва дыша, следил за этим священнодействием, боясь пропустить хоть один шаг, хоть один жест девушки. Он почти не понимал слов, но ему передалось торжественное неистовство мольбы, он осознал, что это вовсе не любовное признание и не застольная песня. В какой-то миг у него промелькнуло сожаление, что нет возможности записать этот ритуал на аппаратуру, уж он бы утер тогда носы ксенологам! И тут же бесследно исчезло, уступив место всепоглощающему восхищению действом у костра. Он не отрывал взгляда от лица девушки, казавшегося теперь в отсвете пламени необыкновенно прекрасным в своей одухотворенности, несмотря на совершенно неземной вид.
О звезды, подумал впервые Лео, а ведь она красавица! И то был миг торжества истинной всекосмической красоты, которая, явившись результатом неустанной работы природы над поколениями живых существ, пробила препоны инопланетного разума, открывшись ему в своем подлинном качестве.
Словно черная молния мелькнула в воздухе и ударила в землю подле танцующей девушки, промахнувшись на две вытянутые руки. Йей издал вопль ужаса и, выхватив из костра головню, ткнул в горящие ненавистью и голодным вожделением глаза. Запахло паленым. С жутким воем нападавший отполз прочь, пятясь от огня, исступленно молотя толстым чешуйчатым хвостом, но тут же изготовился к новому прыжку. Лео успел разглядеть злобный оскал щетинистой морды, два красных блюдца-глаза с сумасшедшими от боли зрачками, короткую шевелящуюся чешую на гибком теле, огромные когти, пропахавшие землю наподобие плуга... Йей размахивал огненной палицей, загораживая сестру, сердце юноши сжалось от страха, но отступать он не собирался. «Это моя смерть!» — тоскливо подумал он, делая шаг навстречу когтистому мясоеду, ночному кошмару речных охотников, всегда неожиданно появлявшемуся из глубин пустыни, чтобы оборвать чью-то жизнь. Он даже забыл о небесном Духе и, чем большее отчаяние испытывал, тем яростнее размахивал своим случайным оружием.