– Каору!
Перед спальней стоял отец с серьезным выражением лица.
Я попался. Теперь, когда тайный уход из дома раскрылся, нотаций было не избежать.
Я потупил взгляд, демонстрируя подобие раскаяния, как вдруг отец крепко ухватил меня за плечи обеими руками.
«Все, будет бить», – подумал я и зажмурился. Но удара не последовало. Я осторожно приоткрыл глаза и увидел, что отец смотрит на меня с выражением, будто вот-вот заплачет. От этого стало не по себе.
– Каору… слава богу… – прошептал он сдавленным голосом.
Что, интересно, могло вызвать такую реакцию?
– Я не знал, что буду делать, если и тебя не станет… Извини за прошлый раз. Я был пьян.
Я тут же сориентировался и бросил:
– Не беспокойся об этом.
Видимо, у отца сейчас «фаза раскаяния», которая, как следует из названия, означает состояние, когда он якобы сожалеет о своем поведении. Или, если точнее, отчаянно пытается это показать, хотя разница невелика. В такие моменты отец становится отвратительно сентиментальным.
– Мне правда жаль. С этого момента буду пить меньше.
«Меньше», а не «брошу» – типичная уловка.
– Так что, пожалуйста, больше не убегай из дома, хорошо?
Я кивнул.
Сбежал из дома? Я всего-то вышел тайком ночью, чтобы проветриться. И далеко не в первый раз, а он так драматизирует.
– Правда, я прошу тебя. Из школы уже звонили, было немало хлопот… Ладно, где ты был?
Звонили из школы? Я не совсем понимал, что он имел в виду, но на вопрос решил все-таки ответить.
– Просто вышел прогуляться.
– …Значит, не расскажешь?
– Да нет же, правда. Ночной воздух освежает.
– Будь честен. У кого ночевал? Или в городе шлялся?
– Да нигде я не был и никуда не уезжал…
Лицо отца помрачнело. Я сказал что-то не то?
– Ладно, неважно. Но чтобы больше такого не было. Если поползут слухи, что мой сын убегает из дома, будет не до шуток.
Отец раздраженно почесал затылок и ушел к себе.
Что он вообще хотел сказать?
Не до конца понимая, о чем шла речь, я направился в ванную. Нужно было смыть пот.
– Ну и где ты только пропадал целую неделю… – пробормотал отец, закрывая дверь спальни.
Может, я ослышался?
Так или иначе, я прошел по коридору и вошел в ванную. Приблизив лицо к зеркалу над раковиной, я еще раз убедился, что не постарел. Вздохнув с облегчением, я полез в карман за телефоном, чтобы раздеться, и машинально взглянул на экран блокировки. Я замер. Список пропущенных вызовов был огромен. В основном от Каги и отца.
Сообщений тоже было много.
«Где ты?»
«Прогуливаешь?»
«Хватит дурака валять, возвращайся».
«Без тебя скучно».
«Хотя бы ответь, все ли в порядке».
«Весь класс волнуется. Шучу. Только я».
…Что все это значит? Неужели пока я гулял, что-то случилось?
Хотя дело не только в этом.
Почему дата сдвинулась на целую неделю вперед?
– Что происходит? – пробормотал я в пустой ванной, вглядываясь в телефон.
На экране отображалась дата – восьмое июля. Я вышел из дома ночью первого июля, значит, если я вернулся на рассвете, сегодня должно быть второе июля.
– Может, телефон сломался?
Я проверил разные функции – все работало, как надо. Только число было неправильным. Даты в сообщениях и звонках тоже указывали на дни после второго июля.
Меня охватил озноб. Желание принять душ пропало. Я вышел из ванной и направился в гостиную.
Взяв пульт с журнального столика, я включил телевизор. Как раз шла передача с прогнозом погоды.
Под спокойную классическую музыку внизу экрана бежала строка: «Сегодня, 8 июля, вероятность осадков составляет 10–20 %».
Я решил, что это какая-то ошибка, и протер глаза. В этот момент я осознал, что, когда люди трут глаза при виде чего-то странного, они делают это не для того, чтобы убедиться, что это не галлюцинация, а чтобы внутренне смириться с тем, что перед ними нечто необычное.
– Не может быть, – пробормотал я, пытаясь подавить нарастающую тревогу.
Выключив телевизор, я набрал номер.
После десятого гудка на том конце взяли трубку.
– Кага слушает… – послышался невероятно раздраженный голос друга.
– Привет. Я тут хотел кое-что спросить.
– Ты вообще видел, сколько сейчас времени?
– В том-то и дело. Какое сегодня число?
– Чего?.. Восьмое сегодня. Восьмое июля, четыре часа утра.
– Ты уверен?
– Абсолютно. Кстати, вместо того чтобы звонить мне, ты мог бы посмотреть дату на телевизоре. Я тебя прибью. А, и еще – ты чего школу прогуливаешь?