Се Юй не стал тратить время на слова, и они тут же в шутку сцепились прямо за партой.
Ло Вэньцян посмотрел на них и покачал головой:
— Полное разложение нравов.
Сюй Цинцин вздохнула:
— Смотреть стыдно.
Вань Да хмыкнул:
— Какие-то гейские нежности.
Хэ Чао отлично изучил характер своего парня: тот только казался колючим, но если вовремя пойти на уступки, его гнев утихал за пару минут. Однако стоило Се Юю успокоиться, как Сюй Цзин неожиданно произнесла:
— А знаете, по-моему, идея-то отличная...
Танец, который они репетировали, отличался от весёлых поп-хитов других классов. Музыка была холодной, резкой, с элементами уличного стиля, так что мрачные готические штрихи в образе парней смотрелись бы очень выигрышно.
Чем больше Сюй Цзин размышляла над этим, тем более удачным ей казался этот ход.
Ло Вэньцян, решив, что драка на заднем ряду закончилась, уже собирался спуститься к партам, но услышав слова культорга, поспешно отступил назад:
— Цзинцзин, ты сейчас серьёзно?
Се Юй, который как раз поднимал упавший стул, поднял голову и посмотрел на Сюй Цзин в упор.
От этого взгляда у девушки по спине пробежал холодок.
Но Сюй Цзин действительно оказалась упрямой. На следующий день она принесла в класс флакончик лака, но подойти к парням так и не решилась. Она присела на край парты Сюй Цинцин и взволнованно спросила:
— Как думаешь, с чего мне начать разговор, чтобы Юй-гэ после этого оставил меня в живых?
Сюй Цинцин, собиравшая тетради для проверки, сочувственно ответила:
— По-моему, в нашем мире нет таких слов, которые бы тебе помогли.
Сюй Цзин разочарованно вздохнула.
Зато Хэ Чао, возвращавшийся с коридора, проходя мимо их ряда, машинально прихватил пару салфеток со стола Сюй Цинцин и, вытирая руки, спросил:
— Культорг, что это у тебя в руках?
— Лак для ногтей, — ответила Сюй Цзин. — Чёрный.
Хэ Чао забрал флакончик, покрутил в руках, открутил крышку и, немного подумав, подмигнул:
— Одолжи на пару минут.
Во время утреннего чтения Се Юй пытался вздремнуть, уткнувшись лицом в парту, но уснуть не получалось. Учитель английского слишком громко заставлял класс повторять лексику, да и ребята читали несинхронно: сначала читали хором, но после перелистывания страницы каждый пошёл в своём темпе.
Лежа с закрытыми глазами, Се Юй почувствовал, как Хэ Чао осторожно взял его за руку.
Затем до него донёсся резкий химический запах.
Се Юй открыл глаза и обнаружил, что Хэ Чао с самым сосредоточенным видом аккуратно красит его ногти чёрным лаком:
— ...
Хэ Чао просто хотел посмотреть, как чёрный цвет будет выглядеть на руках Се Юя. Но накрасив половину пальцев на одной руке, он понял, что контраст получается слишком сильным.
У Се Юя были длинные и тонкие пальцы с красивыми костяшками и аккуратно подстриженными ногтями.
На фоне угольно-чёрного лака его кожа казалась почти болезненно-белой.
— Сотри это немедленно, — сквозь зубы произнёс Се Юй, сдерживая гнев. После паузы он добавил: — Даю тебе три секунды.
Услышав ледяной тон парня, Хэ Чао мгновенно пришёл в себя. Схватив ту самую салфетку, которой вытирал руки, он принялся торопливо стирать чёрные мазки с ногтей Се Юя, случайно размазав остатки лака у основания пальцев.
*
До праздничного концерта оставалось всего два дня.
Помимо изнурительных репетиций, главным вопросом оставался выбор сценических костюмов. Ребята перебрали множество вариантов. Сюй Цзин даже позвала на помощь Лао Тана, но его вкусы явно сформировались в прошлом веке:
— А как вам идея выступить во френчах в стиле Сунь Ятсена?[1] Это подчеркнёт дух конституции и историческое наследие...
Все ученики дружно замахали руками:
— Нет-нет-нет, учитель, точно нет!
— Это вообще не к нашему танцу, совсем не подходит.
У Се Юя к костюму было лишь одно требование: чтобы он выглядел нормально.
Ему было всё равно, в чём выступать, он готов был выйти хоть в стандартной школьной форме.
В итоге Сюй Цзин, устав от долгих поисков, решила остановиться на классических белых рубашках — этот вариант был универсальным и беспроигрышным.
Заказ на рубашки оформили поздно, поэтому курьер доставил коробку в школу всего за два дня до выступления.
— Только что привезли, все ещё на месте? — едва прозвенел звонок с последнего урока, Ло Вэньцян вбежал в класс, сжимая в руках картонную коробку. — Разбирайте свои размеры и примеряйте дома. Если кому-то не подойдёт — завтра решим, что делать.
Вернувшись в комнату общежития, Се Юй небрежно бросил пакет с рубашкой на кровать и ушёл в душ. Смыв с себя дневную усталость, он распаковал одежду.