Вань Да от такой лексики даже замер:
— Чао-гэ... Я и не знал, что ты умеешь так выражаться.
— Да брось, — отмахнулся Хэ Чао. — Я вообще-то сторонник вежливого общения и цивилизованного общества. Ругаюсь крайне редко.
В десятом классе баскетбольный турнир закончился скандалом, и все результаты были аннулированы.
Команда Лян Хуэя играла грязно, используя любые запрещенные приемы. Хэ Чао тогда подал заявку вместе с ребятами из своего класса, но посмотрев на игру соперников со скамейки запасных перед началом отборочных, лишь покачал головой:
— Да ну, бред. С такими жуликами даже играть противно.
В итоге он просто отказался выходить на поле.
Поскольку он видел Лян Хуэя лишь мельком, его лицо и имя стёрлись из памяти.
*
Лао Тан с таким трудом отвоевал для них этот урок физкультуры, что на следующем уроке литературы весь класс сидел идеально тихо и активно отвечал, создавая иллюзию открытого урока для комиссии:
— Учитель, я знаю правильный ответ! Разрешите мне ответить!
— Я могу зачитать этот отрывок по памяти!
— Я!
Лао Тану стало даже немного неловко от такого рвения:
— Ребята, вы меня так совсем разбалуете своей примерностью.
— Всё в порядке, учитель! Мы всегда так активно и с удовольствием занимаемся!
— Хорошо, тогда напомню ещё раз, — улыбнулся Лао Тан. — До зимних экзаменов осталось всего две недели. Пожалуйста, не паникуйте и сосредоточьтесь на правильном повторении материала. Разбирайте свои ошибки, просматривайте прошлые тесты по всем предметам...
Экзамены стремительно приближались.
Учеба отнимала все силы, и единственной отдушиной оставались редкие уроки физкультуры, которые Лао Тан с боем выбивал у других преподавателей. Те хоть и уступали классному руководителю, но отыгрывались на домашних заданиях, заваливая ребят горой тестов.
По одной только математике им задали два полноценных пробных варианта, а общая стопка домашних работ по всем предметам выглядела пугающе огромной.
Вечером Се Юй принял душ, прошёл по коридору общежития и без стука вошёл в комнату Хэ Чао. К этому моменту его парень уже успел прорешать почти всю стопку домашних заданий, оставив напоследок лишь один вариант по математике.
Хэ Чао решал быстро и небрежно: в основном просто отмечал галочками правильные ответы в тестовой части. А в сложных задачах с развернутым решением он ограничивался короткими набросками формул на черновике, так что конечный результат терялся среди каракулей.
Се Юй принёс с собой ручку. Одной рукой он вытирал мокрые волосы полотенцем, а во второй держал чёрную гелевую ручку. Он бросил её на стол перед Хэ Чао и резко спросил:
— Какое задание?
Хэ Чао отодвинул стул, развернулся к нему лицом и улыбнулся:
— Пробник А, предпоследняя задача.
Се Юй подошёл ближе и опустил взгляд на раскрытую тетрадь.
Он только успел зайти в душ, как на телефон позвонил Хэ Чао и спросил, сделал ли он домашку по математике, добавив, что наткнулся на весьма интересное задание.
Тогда Се Юй стоял босиком на холодном кафеле, с него стекала вода, и он сердито буркнул:
— И ради этого ты мне звонишь?
Хэ Чао услышал шум воды в трубке, но не успел ничего ответить — Се Юй бросил: «Я в душе, не мешай», — и отключился.
Се Юй только что вышел из ванной, от него пахло свежестью и веяло прохладой.
Хэ Чао посмотрел на него, не выдержал, накрыл его ладонь своей и принялся аккуратно вытирать его волосы полотенцем.
— ... — Се Юй отвлёкся на его движения, и в течение полуминуты просто смотрел на условия задачи, не в силах сосредоточиться на тексте.
Эту задачу Лао У пометил звёздочкой, сказав ребятам: «Попробуйте решить на досуге, если не получится — ничего страшного. Главное — понять логику».
— Давай поспорим? — прошептал Хэ Чао через полотенце, наклоняясь ближе и вдыхая аромат волос Се Юя. — Даю пять минут.
— На что спорим? — спросил Се Юй.
Пять минут на решение сложной геометрической задачи.
А вот цену спора они придумать не успели, решив разобраться с этим позже.
Се Юй присел на кровать Хэ Чао и оторвал чистый лист бумаги для расчётов.
За окном стояла тихая темная ночь.
Окно было приоткрыто, и в комнату проникал прохладный сквозняк.
Се Юй был одет легко: его свитер сидел свободно, и из широкого рукава виднелось тонкое запястье с выступающей косточкой.
Хэ Чао набросил на его плечи свою куртку, висевшую на стуле, и с улыбкой спросил, вспомнив их прошлые математические дуэли:
— Может, дать тебе фору в одну минуту?
— ... — Се Юй поднял на него глаза. — Ты слишком самоуверен.