Было уже около часа ночи, когда они спустились на свой этаж. Хэ Чао открыл дверь своей комнаты и повернулся, чтобы попрощаться:
— Ну, спокойной...
Договорить он не успел, так как Се Юй сделал шаг вперед и уткнулся лицом в его грудь.
— ...Малыш, ты куда идешь?
Се Юй за вечер выпил около семи банок пива. Во время посиделок он чувствовал себя трезвым, но теперь, в тепле коридора, алкоголь резко ударил в голову.
Его тело горело.
Он моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд, и понял, что на автомате шел следом за Хэ Чао до самой его комнаты.
Се Юй потер виски, собираясь сказать, что перепутал двери, но в этот момент Хэ Чао перехватил его за запястье и втащил внутрь комнаты, закрыв за ними дверь.
В нетрезвом состоянии Се Юй казался удивительно покладистым. Его обычно резкие черты лица смягчились, а во взгляде появилась мягкая поволока.
— Закрой глаза, — прошептал Хэ Чао, чувствуя, как теряет контроль под этим взглядом. — Пожалуйста, закрой глаза.
Се Юй прижался спиной к двери и послушно закрыл глаза.
Хэ Чао принялся целовать его лицо, спускаясь от глаз к губам. Он по-прежнему крепко сжимал запястье Се Юя. Их дыхание смешалось в страстном поцелуе, пока Се Юй не высвободил руку и хриплым голосом не позвал:
— ...Гэ.
Хэ Чао тихо выругался. Он перевел дыхание и разжал пальцы, решив, что Се Юй хочет уйти к себе.
Но Се Юй не двинулся с места. Вместо этого он медленно расстегнул молнию своей школьной куртки.
Когда Вань Да позвал его на крышу, он накинул куртку прямо поверх домашней одежды, и теперь под ней осталась лишь тонкая футболка, в которой он спал.
Се Юй небрежно сбросил куртку на пол, шагнул к Хэ Чао, схватил его за воротник свитера и с силой толкнул на кровать.
В его теле бушевал жар, но мысли при этом оставались на удивление четкими. Он посмотрел на Хэ Чао и тихо спросил:
— Будем?
— Не глупи, ты выпил лишнего.
— Я не пьян.
С этими словами Се Юй уселся на его бедра, слегка качнулся вперед и повторил тише:
— Будем, гэ?
В комнате царил полумрак.
В слабом свете уличных фонарей из окна была видна лишь смятая постель, одеяло с которой наполовину сползло на пол.
Хэ Чао крепко обнял его за талию.
Спина Се Юя напряглась красивой линией, лопатки отчетливо проступили под кожей. Он уткнулся лицом в подушку, и лишь когда движения становились слишком резкими, из его горла вырывался тихий сдавленный стон.
Этот тихий звук сводил Хэ Чао с ума.
— Черт... — Се Юй вцепился пальцами в простыню так сильно, что побелели костяшки. Спустя мгновение он выдохнул сквозь зубы: — ...Помедленнее, блядь.
Хэ Чао хрипло отозвался, ускоряя темп.
Старая кровать не выдерживала их веса и издавала громкий скрип, заполнявший комнату интимными звуками.
Это было неловко, жарко и нетерпеливо.
Бесконечные прикосновения и объятия в темноте ночи.
Глава 93
Се Юя разбудил треск помех из динамика.
В шесть утра Бешеный Пёс уже распинался по радио с пафосными интонациями:
— Утро — время, когда мы наиболее энергичны! Никакой лени, взбодритесь и встречайте новый день, новые вызовы!
— Ученики, я верю — вы уже готовы!
Не успел он договорить, как в коридоре зашумели:
— Готовы, блин, как же!
— Это форменное издевательство над цветами Родины!
— Братан, не держи меня, я сейчас полезу и провода перережу! Я этот дурацкий репродуктор сегодня точно разнесу. Либо он, либо я, так жить просто невозможно!
Услышав это, Се Юй ещё немного полежал с закрытыми глазами, пытаясь прийти в себя. Он хотел наощупь найти будильник на прикроватной тумбочке, хотя, скорее всего, просто швырнул бы его в стену, попадись тот под руку.
Однако стоило ему пошевелить пальцами, как всё тело отозвалось ноющей болью.
Се Юй приоткрыл глаза. Первое, что он увидел, — профиль Хэ Чао. На односпальной кровати вдвоём было тесновато; чтобы освободить побольше места, приходилось спать на боку, прижавшись друг к другу.
Хэ Чао ещё спал, но шум мешал ему, и рука, лежавшая на талии Се Юя, бессознательно сжалась крепче.
Взгляд Се Юя скользнул по его лицу вниз и наткнулся на несколько не слишком заметных красных следов на шее Хэ Чао. Только тогда воспоминания о прошлой ночи начали постепенно возвращаться.
…
Это он его расцарапал.
Се Юй уткнулся лицом в подушку и снова закрыл глаза. Картины прошлой ночи прокручивались в голове, как кадры из фильма.
Кто сверху, кто снизу — ему, по сути, было всё равно. Сам по себе он человек холодный, и если бы не Хэ Чао, если бы не этот человек, у него, наверное, и мыслей таких не возникло бы.
К тому же вчера он изрядно выпил, и хотя мысли оставались ясными, тело плохо слушалось, подчиняясь движениям Хэ Чао.