— Две вещи за девяносто девять! Две за девяносто девять! Аттракцион невиданной щедрости! Распродажа пуховиков не в сезон! Отдаем даром!
— Подходи, выбирай, две вещи за девяносто девять!
Сюй Яньмэй, благоухая ядреной смесью парфюма, направилась к выходу:
— Я отойду ненадолго, если что — звоните. И если опять объявятся те хамы, нечего с ними размусоливать, ясно? Сразу шлите лесом. Нормальные слова — для нормальных людей, а не для этих кретинов.
Се Юй пошел в обход и обошел три хозяйственные лавки, пока не нашел мегафон с рупором.
Он был красно-белым и лежал на самом дне какой-то коробки с барахлом. Чтобы доказать, что прибор, несмотря на приличный слой пыли, полностью исправен, хозяин тут же воткнул его в розетку, и на всю улицу оглушительно заиграла песня «Проклятая нежность».
Звук и правда был мощный — перепонки лопались.
У Се Юя заложило уши. Вынимая кошелек, он поморщился:
— Хорош орать. Сколько с меня?
Продавец стоял к динамику вплотную и слов юноши не расслышал. Вытирая пыль рукавом, старик надрывался изо всех сил, нахваливая товар. Удивительно, как в такие почтенные годы у него хватало дыхания на подобные децибелы:
— Вещь вековая! Не понравится — вернешь! Полный возврат!
— Сколько стоит?
— Качество гарантирую! Будут проблемы — приноси обратно! Наша лавка сорок лет на одном месте, хозтовары «Цзяньхан»!
— …
Перед лицом старика появилась тонкая ладонь с длинными изящными пальцами и аккуратными ногтями.
Се Юй с каменным лицом нажал кнопку выключения, и наступила блаженная тишина.
— Сколько.
— Двадцать… двадцать пять юаней.
Старик показал сначала два пальца, потом пять, а затем добавил:
— Берешь? Если берешь, сейчас заверну.
Се Юй не успел и кивнуть, как торговец ловко запихнул мегафон в пакет и туда же — молниеносным движением руки — сгреб со стола несколько рекламных буклетов.
«Гинекологическая клиника: безболезненный аборт».
«Мужская сила: вторая процедура за полцены».
Торговать железками старику явно казалось мало, раз он подрабатывал промоутером. Се Юй в очередной раз подивился хватке жителей Хэйшуйцзе.
Старик не унимался и подкинул в пакет еще пару листовок разного цвета:
— Это так, подработка. Откликаемся на призыв партии, строим общество среднего достатка[3], боремся за светлое будущее… Вот ваша сдача, держите. Приходите еще!
[1] город B / A / C — В китайских веб-новеллах распространён приём: города называют латинскими буквами (A市, B市, C市), чтобы избежать привязки к реальным местам. Это не сокращения, а условные обозначения.
[2] эссе на восемьсот иероглифов (八百字作文) — Стандартный объём школьного сочинения в Китае — 800 иероглифов. Устойчивое выражение, знакомая всем школьникам норма.
[3] откликаемся на призыв партии, бодро шагаем к среднему достатку (奔小康) — Отсылка к официальной кампании «сяокан» (小康) — построение общества среднего достатка, ключевой лозунг КПК с 1980-х.
Глава 2
Те листовки охватывали, кажется, все мыслимые сферы услуг — от обрезания до микрозаймов. Были там и объявления о вскрытии замков, о чудо-знахарях, о частных детективах, о профессиональной сдаче экзаменов за других…
Се Юй выбрасывал их в урну одну за другой, пока в руках не осталась последняя, на которой красовалось: «Загадочная игра разожжет твою страсть! Хороший братик, а-а-а~~ давай~~~»
Эти тильды выглядели настолько развратно, что переходили все границы. Се Юй уже собирался отправить бумажку вслед за остальными, как вдруг позади громогласно раздалось: «Паршивец!» Рука у него дрогнула, мысли спутались, и он чисто на автомате запихнул листовку в карман джинсов.
Сюй Яньмэй потерла ладони:
— Какими судьбами? Нашелся-таки повод навестить меня.
Первым делом Се Юй вручил ей черный пластиковый пакет и тут же отступил на несколько шагов:
— Чем от тебя несет? Освежителем для туалета? Зачем ты так надушилась?
— Какой еще освежитель, к черту! У меня это женственностью пахнет, понял? — Она вылила на себя едва ли не полфлакона духов.
С этими словами она открыла пакет, заглянула внутрь и на пару секунд замерла:
— Я ведь просто ляпнула, а ты и вправду притащил мегафон… Как он включается? Вот эта кнопка?
У Се Юя дернулся висок:
— Не нажимай. Орать будет на всю улицу.
Но предупреждение запоздало: Сюй Яньмэй уже вдавила красную кнопку с энтузиазмом ребенка, получившего новую игрушку. Недопетая в хозяйственном магазине песня с ревом вырвалась из динамика, грозя остаться здесь навечно.