Лю Цуньхао, который жил дома, к привидениям относился скептически:
— Да хорош вам жути нагонять. Нет там ничего, верьте в науку. Повторяйте за мной: верьте в науку.
Сюй Цинцин фыркнула:
— Всезнайка, завязывай со своими сказками. У нас в женском корпусе ничего подобного нет. Если бы ко мне кто-то постучал ночью, я бы просто открыла дверь и прописала ему в лоб.
В этот момент один из парней робко поднял руку:
— Я… я тоже слышал. Честно. Вчера ночью стучались на третьем этаже.
Хэ Чао все еще не было, зато Шэнь Цзе ошивался в их классе с самого утра.
Он беззастенчиво уселся на стул Хэ Чао:
— А где Чао-гэ? Еще не пришел?
Се Юй одарил его ледяным взглядом, в котором читалось «отвали».
Шэнь Цзе намек понял, но ему безумно хотелось узнать, рискнул ли Хэ Чао воплотить свою безумную ночную идею, поэтому он осторожно спросил:
— А ты… как спал сегодня ночью? Хорошо?
Слухи о стуках на третьем этаже будоражили всех, и Се Юй решил, что очкарик просто собирает сплетни:
— А сам как думаешь?
— Ну, я подумал… вдруг ты подвергся… э-э… ночным домогательствам?
Хэ Чао соизволил явиться только к середине второго урока.
— Чао-гэ, Тан-лаоши просил тебя зайти к нему в обед, — Лю Цуньхао, только что вернувшийся из учительской, заметил входящего Хэ Чао. Староста удивленно уставился на него: — Ого… Ну у тебя и синяки под глазами. Огромные просто.
Хэ Чао собирался в спешке, не успев даже нормально одеться, и теперь на ходу заправлял красный шнурок с амулетом под воротник формы:
— Понял.
Учитель Тан Сэнь с самого утра выслушивал жалобы коллег на то, что Хэ Чао постоянно прогуливает занятия, будто школа — это проходной двор. Он вежливо извинился за прогульщика и пообещал разобраться:
— Да-да, я обязательно проведу с ним беседу. Это действительно недопустимо.
Когда Хэ Чао наконец пришел в его кабинет, Тан Сэнь уже приготовил длинную поучительную речь.
— Присаживайся, Хэ Чао.
Хэ Чао удивился — учителя редко предлагали ему сесть. Но стоило ему опуститься на стул, как Тан Сэнь добавил:
— …Потому что наш разговор обещает быть весьма… содержательным и долгим.
Через полчаса Хэ Чао на собственной шкуре прочувствовал, насколько долгим может быть этот разговор.
— Я понимаю, что у молодежи свои интересы и учеба не всегда стоит на первом месте, — Тан Сэнь прервался, чтобы сделать глоток воды, и продолжил: — Я все понимаю. Но если тебе не нравится предмет, бегство — не выход. Мужчина должен иметь стержень, уметь принимать вызовы и стремиться к вершинам.
Хэ Чао не выдержал:
— …Учитель, вам еще долго?
Тан Сэнь заглянул в свой блокнот и честно ответил:
— Пока мы прошли примерно три пятых плана. Впереди еще несколько важных тем.
— …
Лишь когда прозвенел звонок на следующий урок, Тан Сэнь захлопнул блокнот:
— Ладно, на сегодня закончим.
Хэ Чао тут же вскочил со стула, но учитель добавил вслед:
— А с синяками под глазами надо что-то делать…
Хэ Чао, держась за ручку двери, подумал, что эти нравоучения утомляют сильнее физики:
— У нас, молодежи, просто насыщенная ночная жизнь.
*
Вернувшись в класс, Хэ Чао сразу же уткнулся лицом в парту и уснул.
Его рубашка была расстегнута на верхние пуговицы, открывая шею, где висел красный шнурок. Се Юй покосился на соседа, мысленно отметив, что это выглядит крайне вызывающе.
У окон в коридоре толпились девчонки. Они взволнованно шептались, поглядывая в их сторону и прикрывая рты ладошками.
С самого начала семестра эта банда девчонок с термокружками регулярно собиралась в коридоре на каждой перемене под предлогом набрать горячей воды. На самом деле они просто стояли у окон. В классе даже поспорили, на кого именно они приходят смотреть. Вань Да поставил на кон пятьдесят юаней и в итоге попросил Хэ Чао проверить теорию.
Хэ Чао тогда уверенно заявил: «Да сто пудов на меня смотрят», подошел к окну и вальяжно облокотился на подоконник. Но не успел он и слова сказать, как девчонки смущенно разбежались.
Вань Да тогда радостно завопил:
— Ура! Я выиграл!
Хэ Чао так и не понял прикола:
— Че ты выиграл? Так на кого они смотрели-то? Убежали молча… Как-то невежливо.
Вань Да, успокоившись, лишь покачал головой:
— Чао-гэ, твоя способность понимать намеки девушек… это просто нечто.
— Эй.
Се Юй позвал соседа.
Тот не шелохнулся.
Се Юй откинулся на спинку стула, свернул учебник английского в трубочку и ощутимо приложил Хэ Чао по макушке.