Сквозь щель Сюй Яньмэй успела разглядеть лицо вожака. Она хотела сказать тысячу вещей, но время поджимало, и она лишь выкрикнула:
— Се Юй!
Юноша взглянул на нее:
— Тётя Мэй, слушайся меня.
Мгновение — и двери с тихим щелчком сомкнулись. Лифт увлек ее вниз.
У стены стояла швабра — видать, уборщица забыла ее, закончив работу. Се Юй подхватил ее, наступил на тряпку и резким рывком выдернул деревянную ручку.
Взвесив палку в руке, он наконец поднял на них взгляд:
— Что надо?
Он знал эту шоблу. На Хэйшуйцзе хватало мелких бандитов, которые шатались повсюду под предлогом сбора платы за «крышу». Стоявший перед ним Тигр, по слухам, всего пару месяцев назад вышел из тюрьмы, где сидел за то, что чуть не зарезал человека. Короче, строил из себя жуткого авторитета. Но что там было на самом деле, никого особо не волновало.
Тигр перебивался мелкими поборами и тащился от того, что кучка безмозглых прихвостней величает его боссом. Жил себе не тужил, пока не встретил Сюй Яньмэй. Все началось с того, что она ему приглянулась: баба видная, с характером, острая на язык.
Одно плохо — не желала знать его. Сколько он ни подкатывал, всегда получал жесткий отпор. Неблагодарная дрянь.
При этой мысли взгляд Тигра потемнел:
— Малявка, не лезь под горячую руку.
Се Юй и бровью не повел. Зато торговцы, попрятавшиеся в лавках и боявшиеся издать хоть звук, перепугались не на шутку: с таким беспределом они столкнулись впервые. Эти типы ввалились нагло, начали громить прилавки, с первого взгляда было ясно — отморозки.
Стоит ли вызывать полицию? Но на Хэйшуйцзе действовало неписаное правило: уличные дела решаются по-уличному.
И тут они увидели, как «хороший мальчик», о котором говорила Мэй-цзе, стоит один против пятерых у лифта с абсолютно безучастным лицом. Он вынул руку из кармана и небрежно поманил бандитов пальцами. Не поймешь — то ли провоцирует, то ли ему действительно плевать:
— Жить надоело, раз к папочке явились? Мне некогда с вами лясы точить. Давайте все вместе.
«…»
Тигр не хотел признавать этого даже перед самим собой, но на долю секунды этот пацан, явно еще школьник, заставил его опешить. Взгляд у мальчишки был тяжелый, ледяной, пробирающий до костей — он смотрел на них как на кучу дерьма. Короче, совсем не так, как смотрят тепличные детки.
Тигр был взвинчен до предела, да и привычка рисоваться взяла свое. Он демонстративно рванул ворот футболки:
— Молокосос, а язык подвешен. Ты хоть знаешь, с кем связался? Пойди поспрашивай на районе — перед Братцем Тигром все на цыпочках ходят… Видал шрам на шее? Это я в тюряге с вертухаями махался. А ты, щенок, этой шлюхе кем приходишь? Чего удумал, побить меня решил? Драться вздумал этой палкой? Да ты хоть…
Се Юй не дал ему договорить. Без лишних слов он схватил Тигра за шиворот, резко рванул на себя и с силой всадил колено ему в живот. Затем, не давая опомниться, перехватил его локоть и дернул на себя.
Это был красивейший бросок через бедро — чистый, техничный и молниеносный. Если бы ситуация не была столь опасной, торговцы за спиной точно взорвались бы аплодисментами.
У Тигра потемнело в глазах, дыхание перехватило, он не мог вымолвить ни слова.
Но Се Юй не собирался оставлять его в покое. Он рывком вздернул его с пола и с силой прижал спиной к железной двери лифта — раздался глухой удар. Пальцы юноши мертвой хваткой вцепились в горло Тигра!
— Слишком много на себя берешь. Кичишься отсидкой, будто это медаль за отвагу?
Тигр пришел в себя и попытался ударить его ногой, но тут же получил палкой по ногам — удар оказался настолько увесистым, что икру свело судорогой. Стоило Се Юю разжать пальцы, как Тигр мешком осел на пол. Опираясь одной рукой о плитку, а другой держась за живот, он судорожно закашлялся, давясь рвотой:
— …Твою мать.
— Кого ты там шлюхой назвал? — Тигр смотрел, как красивое, почти смазливое лицо Се Юя медленно приближается к нему. Вот только в глазах подростка плескалась такая ярость, что она готова была выплеснуться наружу. И больше, чем яркая внешность парня, Тигра напугал этот ледяной, острый, беспросветный мрак, исходивший от него.
Се Юй повторил вопрос глухим от сдерживаемого гнева голосом:
— Кого ты назвал шлюхой?
Тигр промолчал.
— Раз родители не научили тебя вести себя по-людски, я научу. — Се Юй носком кроссовка брезгливо пнул валявшуюся тушу.
Четверо дружков Тигра переглянулись, в глазах каждого читался страх. Придя к молчаливому согласию, они развернулись и бросились наутек.
— Ну все, приплыли… Что делать-то?
Тот, что повыше, на бегу спросил:
— Может, в полицию позвонить?
— Какая, на хрен, полиция! — огрызнулся второй. — Как мы потом на районе пацанам в глаза смотреть будем?!