— Чего тебе?
Следующим уроком была физкультура. Хэ Чао с больной ногой всё равно не мог играть, но просто постоять на баскетбольной площадке и подышать свежим воздухом — уже было занятно. В любом случае лучше, чем торчать в классе.
Се Юй идти не собирался — в последнее время он не высыпался и планировал улизнуть в общежитие поспать.
— Серьёзно не пойдёшь? — спросил Хэ Чао.
Се Юй выключил телефон и по привычке оборвал разговор:
— Твоё какое собачье дело?
— А чё в общаге делать? Там есть кто-то такой же красивый, как твой братан Чао?
— ...
А ведь виновнику ещё хватало наглости такое говорить.
В тот вечер, когда он с Хэ Чао делал тест по английскому, они провозились до двух-трёх часов ночи.
А когда пришло время расходиться, Хэ Чао ради того, чтобы его удержать, пустил в ход всю хитрость — договорились, что Се Юй спит на кровати, а он на полу, но в итоге тот всё равно тайком забрался в постель.
Когда они легли, было уже почти четыре — иначе с его качеством сна Хэ Чао ни за что бы не удалось забраться так гладко.
Вань Да и остальные уже взяли форму и ждали, когда Хэ Чао пойдёт вниз:
— Братан Чао, ну чё, идём? Я уже не могу — чувствую, я сегодня в отличной форме.
Хэ Чао поднялся, собираясь на площадку, но перед уходом наклонился и протянул руку перед Се Юем — на ладони лежал кривой-косой бумажный журавлик:
— Держи.
Реально уродский.
И к тому же весь разваливался.
Се Юй только взялся за крыло этого кривошеего журавлика, почти не тронув, а тот уже наполовину распустился:
— ...Что за хрень.
Ну, раз уж так вышло, Се Юй попросту разобрал вещицу обратно в листок и уже хотел было машинально сунуть его в учебник математики Хэ Чао, как вдруг заметил на обратной стороне бумажки нарисованный чёрной ручкой до безобразия небрежный кружок.
Хэ Чао вернулся с физкультуры совсем не таким радостным, каким уходил. Сунув руки в карманы, он вразвалку вбрёл в класс.
Зато Вань Да сиял — едва войдя, он встал у кафедры и объявил:
— Друзья, кто сегодня остаётся на вечернюю самоподготовку! У меня важное объявление. Мне только что пришла в голову гениальная идея — давайте устроим в школе захватывающий и весёлый уик-энд!
Хэ Чао сел на своё место и молчал.
Вань Да, не дождавшись никакой реакции, чуть смутился и обратился за поддержкой к задней парте:
— Братан Чао, а ты мне не похлопаешь?
Хэ Чао только тогда вынул руки из карманов и вяло хлопнул пару раз:
— Ага, молодец, отлично сказано.
Се Юй заметил, что с Хэ Чао что-то не так, и спросил, повернув голову:
— Что опять задумали?
— Да так... — Хэ Чао явно не горел желанием рассказывать.
— Ловить привидение.
— ?
Хэ Чао почесал голову:
— Вань Да предложил на выходных вместе пойти ловить привидение. То самое, что каждую ночь в общаге шастает и стучит.
Прошлой ночью Вань Да читал под одеялом мистический роман — о том, как несколько учеников отправились исследовать заброшенный учебный корпус. История была — закачаешься: герои дохли один за другим, он не мог оторваться.
Читал-читал, и вдруг родилась дерзкая мысль.
Чем больше он о ней думал, тем сильнее заводился.
Се Юй решил, что такая идиотская идея действительно в духе Вань Да и компании.
Ещё и «захватывающий и весёлый»...
Хэ Чао как раз маялся, и тут Се Юй внезапно выдал:
— Тогда давай быстрее.
— Что быстрее?
— Быстрее перечитай своё «Полное собрание народных методов изгнания духов».
— ...
Се Юй представил эту картину, не сдержался и засмеялся, а раз начав, уже не мог остановиться:
— Освежи в памяти, может, пригодится.
Хэ Чао:
— ...Твою мать.
Глава 26
На вечерней самоподготовке Вань Да, как и следовало ожидать, таинственно и торжественно выдвинул свою идею.
— Ну как, не хотите добавить красок в унылую weekend-жизнь? Что вообще творится в корпусе общежития — неужели вам не интересно? Разве человек не должен постоянно бросать вызов неизведанному? Ответьте хоть кто-нибудь, а то с вами я чувствую себя совсем одиноким.
Се Юй оглядел класс — народу было всего ничего: кроме него, Хэ Чао и Вань Да, оставались лишь двое парней, обычно в классе помалкивающих.
Сюэ Сишэн с самого начала даже головы не поднял — будто вообще не слышал.
Он всё ещё бился над той задачей сверх программы, целиком погружённый в учёбу, и всё вокруг словно не имело к нему отношения.
Второго парня звали Дин Лянхуа — обычно он отвечал, будто комар пищит, замкнутый по натуре, с виду пугливый до невозможности. Вань Да слышал от других, что у него лёгкое социальное тревожное расстройство, но правда это или нет — неизвестно.