— В общем... я не рассказала, — я откидываюсь на спинку стула. — Слушай, можешь подойти?
Я не хочу вести этот разговор через всю комнату. Он слишком важен.
Истон приносит тарелку с сырными квадратиками к столу и садится по другую сторону от Таннера.
— Я знаю, — говорит он, едва опустившись на стул. — Я услышал это по видеоняне, но не хотел говорить, чтобы не напугать тебя. Не знал, как ты к этому отнесешься, а сама молчала, так что...
Я смеюсь, потому что это так в нашем духе. Искренне надеюсь, что однажды мы все-таки перестанем возводить друг перед другом стены.
— Я была в шоке. Хотя, честно говоря, не знаю почему. Он, наверное, думает: «Эта женщина все время рядом, значит, она, должно быть, моя мама».
Истон прищуривается.
— Не уверен, что дело в этом.
— Он просто считает, что она у него должна быть. Они есть в каждом мультике. В каждой книжке. У каждого из его друзей.
— С каких это пор у Таннера появились друзья? — он кладет кусочек сэндвича на столик малыша.
— Ты понимаешь, о чем я. Хейзел, например, все время со своей мамой.
Он поднимает руки в примирительном жесте.
— Думаю, реальный вопрос в том, как ты сама к этому относишься?
Мои глаза округляются.
— Как я к этому отношусь? А ты как к этому относишься?
Истон цепляет мой стул ногой и подтягивает к себе. Он отодвигает тарелку, вторгается в мое личное пространство и шепчет:
— Я, черт возьми, в полном восторге, — затем откидывается назад, давая Таннеру еще кусочек сэндвича. — Я бы очень хотел, чтобы ты стала мамой Таннера, но я не собираюсь на тебя давить.
Ну конечно. Он наверняка боится, что я сбегу. Прежняя я так бы и сделала.
Я поджимаю губы.
— На самом деле меня это почти не пугает. Странно, да?
— Ну, я заделал довольно офигенного ребенка.
Я склоняю голову.
— Я не хочу относиться к этому легкомысленно. Я знаю, что мы женаты только на бумаге, и мы начали эти отношения просто чтобы посмотреть, к чему все приведет. И пока все идет отлично. Я действительно счастлива.
Он машет рукой, ухмыляясь.
— Продолжай.
— Наверное, я пытаюсь сказать, что независимо от того, что будет с нами, я останусь в жизни Таннера до тех пор, пока он мне позволит.
— Повезло ему. И что мне нужно сделать, чтобы получить такие же гарантии?
Я перебираюсь к нему на колени, оседлав его бедра, и запускаю ногти в волосы у него на затылке.
— Тебя я тоже хочу оставить себе. Но я просто хочу, чтобы ты знал: для меня это кое-что значит. Я думала об этом последние три дня и поняла, что не могу контролировать то, кем Таннер меня видит. И мне безумно нравится каждый раз, когда он это говорит. Но просто чтобы ты знал: если ты когда-нибудь захочешь все прекратить или вроде того и будешь переживать, что Таннера это коснется — это не так.
Его руки опускаются мне на задницу, и он прижимает меня ближе к себе.
— От тебя я другого и не ожидал. Но значит ли это, что ты остаешься?
Я твердо киваю.
— Я остаюсь.
— Каковы наши шансы уложить его на второй тихий час? — он смотрит через мое плечо, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть Таннера, который не отрывает от нас взгляда.
— Ничтожно малы.
Истон цепляет ногой стульчик Таннера и подкатывает его ближе.
— Кто это? — он указывает на меня.
Таннер слишком занят поеданием авокадо, но Истон не сдается. Только после третьего вопроса Таннер наконец выдает:
— Мама.
— А это кто? — я указываю на Истона.
— Па-па.
— А ты? — спрашивает Истон.
Таннер смотрит на него совершенно пустым взглядом.
— Не думаю, что мы уже дошли до этого этапа, — я тихо смеюсь.
Истон тычет его в животик.
— Ты наш.
— Да, наш, — мягко соглашаюсь я.
Телефон вибрирует на столе. Я целую Истона, затем Таннера, беру мобильник и вижу сообщения от мамы.
Мама: Знаю, что ты занята, но мне бы очень не хотелось, чтобы ты это пропустила
Мама: Вот ссылка на информацию о похоронах бабушки Онор
Я: Да, я в курсе
Я издаю раздраженный вздох и бросаю телефон на стол.
— Кто там? — Истон хмурится.
— Моя мама, — я роняю голову ему на плечо, и он проводит рукой по моей спине. — Кажется, она тоже завтра идет на похороны бабушки Онор.
— Ну, логично, раз Онор — твоя лучшая подруга.
Я отстраняюсь, но его рука продолжает поглаживать мою спину. Обожаю то, как он постоянно ко мне прикасается, когда мы рядом.
— Все дело в том, как именно она преподносит информацию. В духе: «Эй, Хедли, я в курсе, что у тебя в жизни полный бардак, так что, на случай, если ты не знала, ее бабушка умерла».