— Истон...
— Расслабься, я шучу. Детскую кроватку поставлю у себя, а ты забирай гостевую спальню с отдельной ванной. Правда, мыть Таннера придется именно там — в моей только душевая кабина. Так что санузел предстоит делить с мелким, уж извини.
Хедли склоняет голову.
— Ты прямо-таки не сомневаешься в своем отцовстве.
Я киваю.
— Абсолютно. Одно гложет: выяснить бы еще, кто его мать.
— Жаль, что не я, — закинув в рот остатки драже, Хедли подхватывает сумочку.
— Мне тоже.
И говорю совершенно искренне. Да, ситуация вышла бы непростой и донельзя странной, но я хотя бы знал мать ребенка в лицо. А наличие между нами некоего подобия дружбы и отношений здорово бы все упростило. Сейчас же я понятия не имею, объявится ли мамаша и чем ее возвращение обернется не только для меня, но и для самого Таннера.
Ума не приложу, как поступлю, если она вдруг заявится забрать сына. Я ведь уже успел привязаться.
— Ладно, мне пора. Во сколько завтра приходить? — отлепившись от столешницы, Хедли направляется к выходу.
— Тренировка в одиннадцать, так что давай к десяти?
— Договорились. Можно будет куда-то выходить? — она распахивает входную дверь.
Я пожимаю плечами.
— Конечно.
— Отлично, хотя дальше «Шкатулки историй» мы вряд ли выберемся. Раз уж я обзавелась мужем, пора вплотную заняться магазином.
— По-моему, сделку нужно скрепить поцелуем. Как считаешь? — я опираюсь ладонью о дверной косяк и подаюсь к ней.
Хедли прижимает ладонь к моим губам, преграждая путь.
— По-моему, обойдешься.
— Не забывай про супружеский долг, — бросаю я в шутку, но от одного ее взгляда рефлекторно хочется скрестить ноги. — Шучу-шучу!
— Знаю, — подавшись вперед, Хедли оставляет мимолетный поцелуй у меня на щеке. — Спасибо, Истон... — она заглядывает мне в глаза. — Огромное тебе спасибо, — отстранившись, сбегает вниз по лестнице.
— Прекрати дразнить, — кричу я вдогонку, спустившись на пару ступенек.
— Обещаю, твой ребенок останется в живых, — кокетливо улыбнувшись, Хедли толкает тяжелую дверь на лестничной клетке и скрывается из виду.
Тут же дверь снова распахивается, впуская Келли, Фостера и Эллис.
— Это что, Хедли? — Келли кивает в сторону, где та секунду назад скрылась.
Да откуда, черт подери, ее все знают?!
Глава 9 Истон
— И как ты с ней познакомилась? — спрашиваю я Келли, сбегая по ступенькам к квартире Деккера.
Эллис спит на руках у Фостера: ее ручки крепко обнимают его за шею, а личико уткнулось в ключицу. Впервые в жизни эта картина кажется мне такой притягательной, словно это нечто, чего я мог бы захотеть для себя.
Что за черт? Откуда эти мысли?
Ребенок. Семья. Я еще чертовски не готов к такому «одомашниванию».
— Она работает в прелестном книжном магазинчике. Монро и Хейзел от нее в восторге, — Келли стоит у меня за спиной, словно собираясь ввалиться следом.
Я оглядываюсь, но она не замечает недоуменного взгляда.
Деккер открывает дверь.
— Отлично. Таннер готов, забирай, — он протягивает переноску.
— Ой, перестань, — из-за его спины выходит Пенелопа, бережно прижимая к себе Таннера. Малыш спит, и я бросаю на нее благодарный взгляд.
— Ты что, мутишь с мисс Хедли? — Келли бьет меня по руке, просачивается мимо и бесцеремонно входит в квартиру Дэвисов.
— Келли, я думал, мы идем наверх, — Фостер кивает в сторону лестницы, глядя на меня так, будтоя срываю ему планы на горячую ночь. — Она же спит.
— Сейчас, буквально на минутку, — бросает она и продолжает путь. Они с Пенелопой уже о чем-то болтают, углубляясь в квартиру.
Фостер шумно выдыхает.
— Как думаешь, если я не пойду за ней, каков шанс, что мы свалим быстрее?
— Нулевой, дружище, — я хлопаю его по плечу и вхожу в квартиру.
Деккер тяжело вздыхает, вторя близнецу.
— Не припомню, чтобы рассылал приглашения на вечеринку, — он захлопывает дверь. — Ну, раз пришли — располагайтесь.
— Не особо-то ты радушный хозяин, — замечаю я.
— И то верно, — поддакивает Фостер.
— Сезон на носу. Хейзел в постели, так что если вы, господа, любезно заберете своих девиц — ты, — он кивает на меня, — своего ребенка, а ты — свою невесту, — он переводит взгляд на Фостера, — чтобы я мог выкроить немного времени на качественный досуг в спальне, буду очень признателен.
— Ну, ты сам решил жить здесь, пока делаешь ремонт, — напоминаю я Деккеру, но, судя по его сузившимся глазам, стоило прикусить язык.
— Я счастлив забрать Келли, потому что у меня на руках спящий ребенок, и если не переложу ее в кроватку в ближайшие пять минут, она проснется, и я не смогу поспать со своей женой, — сквозь зубы цедит Фостер.