— Погоди, а ты тогда почему здесь? — спрашиваю я.
— Кто-то видел, как ты выходил из дома Бьянки Бэнкс. И теперь ходят слухи, что ты открыт к обмену в «Троянцев».
Моя голова непроизвольно дергается назад.
— Я никогда не спал с Бьянкой Бэнкс. И даже не стал бы рассматривать переход к «Троянцам», разве что от полного отчаяния.
Впервые в жизни Джаггер Кейл теряет дар речи.
— То есть теперь у тебя есть ребенок... а где мать?
Я выкладываю все как есть: про подброшенного малыша, про тест на отцовство и результаты, подтверждающие, что я отец. Он садится рядом на диван, внимательно слушая и делая глубокие вдохи, словно пытаясь не сорваться.
— Но у меня все схвачено. Моя подруга, Хедли, будет его няней при условии, что я женюсь на ней. Ей нужен муж, чтобы получить книжный магазин своей бабушки, вот мы и ударили по рукам. По идее, он должен быть в восторге, что я сам разрулил такую проблему.
— Ты сделал что? — его брови взлетают так высоко, что едва не достают до линии роста волос.
— Мне реально нужно повторить? Это всего на год. Я понимаю, что потом придется придумывать что-то еще, но к тому времени я уже лучше освоюсь с Таннером, и будет проще...
— Истон, — произносит он мое имя подозрительно спокойным, ровным тоном, и я прекрасно понимаю, каких усилий ему это стоит.
— Ты пообещал жениться на ком-то только ради того, чтобы она стала твоей няней?
Я киваю.
— Вот о таких вещах ты и должен сообщать агенту. Мне нужно взять ситуацию под контроль до того, как все всплывет наружу. Вы уже поженились?
— Пока нет. Сегодня первый день нашего уговора.
Он шумно выдыхает и проводит ладонями по лицу.
— Надо было слушать Куинн и уходить на пенсию. Я прям чувствую, как у меня подскакивает давление.
Я похлопываю его по спине и встаю.
— Наши десять минут истекли, но тебе не о чем переживать. Говорю же, у меня все схвачено, — я делаю шаг к двери.
— Сядь, — этот приказной тон он, наверное, использует в общении со своим сыном-подростком.
Я повинуюсь, потому что уже слышал подобный тон от собственного отца, и обычно он означает, что спорить бесполезно.
— Что?
Он поднимает на меня взгляд.
— Нам нужно спланировать очень публичное предложение...
Глава 12 Истон
Джаггер поднимается с места и, быстро набрав номер, бросает в трубку:
— Джанет, пусть кто-нибудь вызовет ко мне Фостера, Хейса и Деккера. Организуешь?
Видимо, помощница Рипли соглашается, поскольку он тут же кладет трубку.
— С какой стати мне устраивать публичное предложение? И зачем их сюда тащить?
— Потому что вы ведете себя как недальновидные юнцы. Ты всерьез полагал, будто можно заявиться в мэрию, расписаться с Хедли, прихватив ребенка, и никто ничего не разнюхает? Скажи спасибо тем бредовым слухам о твоей интрижке с новым генменеджером «Троянцев»: только благодаря им я могу уберечь тебя от еще более фатальной ошибки, — отчеканивает он, снова принимаясь мерить шагами кабинет.
— Моя ситуация ничем не отличается от того, что натворили Хейс, Фостер или Деккер...
Предостерегающе подняв руку, он обрывает меня на полуслове.
— Хейс лишь разыгрывал отношения, до реальной свадьбы дело не дошло, и публика все простила: парень старался ради трех сирот, чтобы те остались с любимой им женщиной. Фостер обрюхатил сестру лучшего друга, и скандал мог выйти куда громче. Деккер сошелся с дочерью менеджера, однако между ними и раньше летели искры... Ты же рубишь с плеча, совершенно не заботясь о последствиях.
— Об этом вовсе не обязательно кому-то знать, — равнодушно передергиваю я плечами.
— Ты Истон, мать его, Бейли. Шорт-стоп «Чикаго Кольтс». Неужели считаешь, будто никто не заметит Хедли с младенцем на руках, не начнет рыть и не откопает свидетельство о браке? Брось, у тебя же котелок варит лучше.
Я задумчиво качаю головой. Ладно, доля истины в его словах есть. Видимо, моя персона привлекает куда больше внимания, чем изначально казалось.
В дверь коротко стучат.
— Открыто, — отзывается Джаггер.
Троица моих друзей заваливается в кабинет; взгляды синхронно мечутся от меня к Джаггеру. Вся компания жмется к стене, словно опасаясь сделать лишний шагВы все знали? — сурово скрещивает руки на груди Джаггер.
Ребята виновато косятся в мою сторону и дружно кивают.
— И ни одной живой душе не пришло в голову сказать «Эй, а почему бы не позвонить Джаггеру»? Неужели никто не захотел уберечь парня, опираясь на собственный горький опыт?