— И что делать? Ну, когда ты спросишь. Какая реакция будет правильной?
Именно поэтому я и сомневался, стоит ли вообще говорить о предложении. Джаггер был против, но я не собирался огорашивать Хедли масштабным шоу с парнями, снимающими все на телефоны у меня за спиной. Мы все-таки в одной лодке, и было бы неправильно держать ее в неведении.
— Любая, которую ты сочтешь правильной.
Она сердито зыркает на меня, но тут Таннер снова стучит по столику. Хедли со смехом выкладывает пару кусочков омлета прямо перед ним.
— Очень помог, Истон. Мне кричать? Прикрыть рот рукой? Может, стоит на ночь посмотреть видео с предложениями, чтобы подготовиться?
Таннер пытается схватить кусочек яйца, и я пользуюсь моментом, чтобы до нее достучаться.
— Хедли, — я жду, пока наши взгляды не встретятся. — Смотри на меня. Не на камеры, не на окружающих. Смотри только на меня, и какой бы ни оказалась реакция — она будет правильной.
Хедли не отрывает от меня глаз.
— Ладно, — тихо отзывается она.
Таннер звонко хлопает ладошкой по столику.
Хедли снова смеется и зачерпывает еду.
— Не даешь с папой поговорить, да?
То, как она называет меня «папой», выбивает из колеи. Быть может, нужно поправить, но ведь она права. Таннер — мой сын, а я — его папа. По-прежнему кажется сюрреалистичным.
Я встаю из-за стола и начинаю рыскать по шкафчикам в поисках того, из чего можно сообразить ужин. Я зверски голоден, да и надо чем-то занять руки, чтобы не сидеть и не пялиться с восхищением на то, как Хедли заботится о моем сыне.
— Что приготовить?
— Я бы обошлась хлопьями, — она подходит к кухонной зоне и ставит миску в раковину. Подныривает под мою поднятую руку и хватает баночку бананового пюре. — Время десерта, Тан-мэн!
— Никаких хлопьев. Я что-нибудь приготовлю.
— А у тебя вообще есть нормальная еда? — она снова садится за стол, но держит баночку ниже уровня столика, зачерпывая пюре ложкой.
— Паста, — я достаю с полки коробку макарон. — И, кажется, где-то был соус.
— Кажется?
— Я холостяк. Уж прости, — я нахожу банку соуса за батареей баночек с детским питанием. — С пастой я справлюсь, — я поднимаю банку.
— Слава богу. Потому что омлет — предел моих кулинарных познаний. Я же говорила, что не особо хозяйственная.
— Омлет получился на ура. Он просто в восторге.
Хедли отвечает не сразу.
— Вышло неплохо, — наконец произносит она.
— Просто прими похвалу, Хедли.
Я наливаю в кастрюлю воду и ставлю на плиту. Больше не давлю, потому что она явно не готова принимать комплименты. И откуда я только это знаю?
Сидящий на стульчике Таннер издает такой звук, будто полакомился ужином из семи блюд и теперь ему срочно нужно расстегнуть пуговицу на штанах.
Я оглядываюсь.
Хедли вертит в пальцах пустую баночку и строит рожицы, а Таннер забавно кривляется в ответ. В воздухе разлито уютное умиротворение — словно эти двое только что вместе прошли через войну и выжили. Хедли слишком поглощена игрой и не замечает, как я снова загляделся на нее и своего сына.
Возможно, поселить ее и попросить заботиться о сыне было не самой гениальной идеей.
Хедли — единственная девушка, с которой я провел больше одной ночи с тех пор, как переехал. Если бы захотел немного осознать происходящее, наверняка обнаружил бы, что это что-то да значит.
Но не хочу. Поэтому я поворачиваюсь обратно к плите.
И начинаю готовить ужин.
Глава 16 Хедли
Прошла ровно неделя.
Семь дней подряд я просыпалась, накладывала на лицо тонну косметики, завивала волосы и наряжалась в самые сногсшибательные наряды, какие только могла отыскать. Как-то мы с Пенелопой даже выбрались на шопинг за новыми шмотками. Сто шестьдесят восемь часов, за которые сердцебиение учащалось при каждом скрипе двери, вибрации телефона или шагах очередного посетителя книжного.
На днях я столкнулась с Истоном, возвращавшимся с тренировки, и на всякий пожарный спешно подкрасила губы блеском. Я окончательно свихнулась.
Но за целую неделю не произошло ровным счетом ничего, и меня это начинает откровенно раздражать.
В голову уже закрадываются мысли: а вдруг Джаггер передумал? Или Истон его отговорил. А может, затея попросту забылась на фоне суеты из-за начала сезона и двух первых побед «Кольтс», так что я и впрямь сорвалась с крючка и могу спокойно поехать в суд, расписаться в свидетельстве о браке — словом, поступить как нормальная фиктивная невеста.
Так что сегодня я просто влезла в джинсы с футболкой и нанесла обычный легкий макияж. Никаких накладных ресниц, теней для век и карандаша для губ. Главным образом потому, что Истон предупредил: вечером он задержится на обязательном благотворительном собрании.