Через свои связи Кукину удалось узнать, что некто Чижов, хозяин «Опеля», не привлекался и в поле зрения органов не попадал. Но вот второй, Ефим Борисович Злотников, примечательная личность. Кличка — «Червонец». Две судимости в начале девяностых годов. Одна — за кражу старинной скрипки, а вторая — за грабеж в антикварном магазине.
— Вот теперь буду выяснять, почему эти ребята следят за вашими женами... А вы, Денис, что об этом думаете?
— Даже не знаю... Скрипками мы не балуемся. И серебряных канделябров не завели... Но я понял, что мою Ольгу в киногруппе принимают за артистку Веру Дубровскую?
— Да, это так... Артистка малоизвестная, а внешне они очень похожи.
— Так, я думаю, Борис, что и бандиты ошиблись. Возможно, этот Червонец думает, что они за Дубровской следят.
— Возможно, что и так!.. Это хорошая версия. Я тоже думал об этом...
Но Кукин не успел договорить... Кто-то настойчиво позвонил в дверь... Почти сразу в коридоре зашаркала старческими шагами хозяйка квартиры — Прасковья Даниловна. Она открыла дверь без вопросов, и громкий мужской голос потребовал проводить его к квартиранту Кукину... Старушка повела.
На пороге комнаты появился мент с кавказским лицом и в майорской форме... Боря Кукин вскочил навстречу бывшему сослуживцу.
— Привет, Мурат! Вот уж не ожидал... Ты чего это — на ночь глядя.
— Срочное дело, Борис! Из Москвы прошел звонок — требуют отпустить хозяина «Нивы». Он там у них на Урале активист в нашей главной партии.
— Понятно. Значит, надо срочно вернуть машину.
— Да!.. Но не только из-за этого звонка. Мне участковый сказал, что сегодня днем пацаны по всему городу искали красный джип с большим багажником и бампером... Борис, так получилось, что твои деньги я уже пристроил. Я тебе их потом верну.
Последние слова Камалов говорил тихо, но у Дениса Носова был отличный слух. Он встал и подошел к собеседникам.
— Не мелочитесь, майор. Деньги можно не возвращать... Мы еще неделю будем в Боровске. Вдруг нам какая помощь понадобится.
Кукин намек понял и сразу поддержал:
— Действительно, Мурат. Какие счеты между друзьями?.. Держи ключи от машины. В ней никаких моих вещей нет... Она во дворе, за сараем.
— Знаю! Ее уже мой сержант сторожит... Ну, я поехал. При-глашаюксебе на дачу. Настоящий шашлык сделаю... Доскорой встречи!..
Камалов почти ушел, но на пороге резко развернулся и ехидно подмигнул Кукину:
— Чуть не забыл... Ты, Боря, сегодня принес лимонадную бутылку из «Азалии». Так уже есть результат! Эти пальчики засветились в Москве при ограблении какого-то Берковича... Вероятно, это очень крупное дело. Завтра ко мне прилетят товарищи из Москвы.
— Зачем?
— Они готовят захват этого типа... Ну того, чьи пальчики на бутылке.
— Ты что им про меня сказал, Камалов?
— Пока ничего. Но завтра, Боря, я тебя сдам... Ты уж сам придумай, что им сказать.
Мурат гордо удалился... Все опять сели за стол, и Кукин собрался рассказать о майоре, о красной «Ниве» и о новых версиях... Но он опять не успел сказать и трех слов...
Дом вдруг вздрогнул, охнул и зазвенел разбитыми оконными стеклами. Потом загудела сигнализация, залаяли собаки и закричали женщины.
Все бросились в коридор и натолкнулись на Прасковью Даниловну. Старушка выплывала из кухни и что-то беззвучно кричала. С трудом она произнесла нечто членораздельное: «Он взорвался...»
Нет, и без этого все понимали, что что-то взлетело на воздух. Но по тону хозяйки стало ясно, что погиб человек. И, скорее всего, он — майор Камалов!
Старушка закатила глаза и стала оседать на пол.
С ней остался Славик, а Кукин и Носов бросились к окну, звонко давя осколки стекла на полу... Во дворе все полыхало! Между сараем и кустами акации горело то, что минуту назад было красной «Нивой». А рядом вырывались языки пламени из искореженной милицейской машины.
Совсем не надо иметь семь пядей во лбу, чтоб догадаться, что спасать некого! Внизу — двое погибших: наш бедный Мурат и неизвестный сержант, который в этой истории вообще оказался сбоку припека...
Старушка потихоньку пришла в себя, махнула рукой и произнесла очень умные слова:
— Уходите быстро! Я скажу, что никого не видела... Когда милиция прибежит, они первым делом на вас подумают. Схватят, а потом не отмоешься.
Ребята переглянулись. Все сразу поняли, что хозяйка права. Но оставлять ее было бы не совсем честно. И Боря Кукин попытался сказать именно это.