— Только это, ребята, не денежная карточка. Я-то знаю. Они в «Янусбанке» совсем другие... А это ключ от банковской ячейки. У них там все замки электронные.
И Слава положил свою карточку на ладонь Дениса. Когда два пластиковых прямоугольника легли рядом, то их невозможно было отличить. Прямо как близнецы-братья!
Носов был явно доволен, что это он додумался пошарить в чемодане. А главное — он нашел искомый предмет! Кто ищет, тот всегда найдет... Денис расплылся в улыбке и подмигнул сразу всем.
— Ну, какие мы молодцы!.. Теперь все! Абзац!.. В том смысле, что финиш. Вот завтра утром Вячеслав поведет нас в свой банк, и мы честно возьмем там то, что лежало в чемодане... Как, Славик, поведешь нас?
— Поведу, конечно... Только там ячейки маленькие. Ящичек — поменьше обувной коробки. Туда чемодан никак не поместится...
Кукин не считал себя трусом. Он мог с азартом пойти на задержание группы вооруженных бандитов. Он мог устроить засаду на кладбище, лежа ночью между могил. Он мог прыгнуть с парашютом с любой высоты... Но тут он испугался. Это было совсем другое дело. Это был трепет перед авторитетной личностью... Бориса пригласил к себе адвокат Вронский.
Правда, Борис сам напросился в гости. Он на ночь глядя позвонил Аркадию Ильичу и сообщил, что имеет важные сведения по ограблению коллекционера Берковича.
Кукин никак не думал, что легендарный защитник сразу пригласит к себе домой. Мог бы на завтра назначить встречу в конторе или в сквере на Неглинке...
Имя Аркадия Вронского среди юристов произносилось с почтением. Он был звездой первой величины — зубр, мэтр и корифей своего дела... Другие адвокаты изредка выигрывали процессы, а он никогда не проигрывал.
Дом, где жил Вронский, располагался в переулках Арбата. Иначе нельзя! Никто бы не понял великого адвоката, если бы он жил в Черемушках или в Бутово.
Консьерж был предупрежден о приходе Кукина. Он проводил Бориса до лифта и дежурно улыбнулся.
Три входные двери на площадке пятого этажа были одинаково шикарны... Сыщик нашел квартиру номер десять и нажал кнопку звонка...
Ужа через пять минут от робости Кукина не осталось и следа... Адвокат Вронский потому и стал великим, что умел располагать к себе людей. Когда он выступал на процессах ему верили все — и публика, и присяжные, и прокурор, и даже судьи с конвоиром.
Семья Вронского проживала на даче, и он навещал их два-три раза в месяц. Он мог бы и чаще, но не хотел. При встречах с женой он всегда чувствовал себя виноватым, слабым и неполноценным. А в городе все становилось на свои места — он опять был самый сильный и ловкий, самый мужественный.
Кукину сказали, что Вронский является личным адвокатом Романа Берковича. И он, понятно, интересуется делом об ограблении коллекционера. Но интерес этот какой-то странный...
Особняк Берковича обокрали, когда хозяин был в Париже. Милицию вызвали соседи. И только потому, что связанная жена Романа Юрьевича пришла в сознание, начала орать благим матом и мешала всем культурно отдыхать.
Сыщики и криминалисты отработали по полной программе — опрос свидетелей, следы, отпечатки, улики... В состоянии нервного стресса Софья Беркович передала следствию полный список похищенного с фотографиями безделушек... Да, это были золотые шкатулки с камнями и музыкой, яйца — типа Фаберже, иконы-складни с изумрудами, крупные броши на шляпку, кубки с вензелями... Всего — сорок восемь предметов общим весом не менее тридцати килограммов.
Когда Кукин поинтересовался у следователя, а поместились бы все вещи в один чемодан, тот прикинул и уверенно сообщил: «Поместятся! Но если не в маленький, а в нормальный — средних размеров».
Но самое главное, что сказал Кукину следователь, это то, что адвокат Вронский потребовал закрыть дело.
— Нет, Боря, ты представь — взять и закрыть уголовное дело.
— А почему? Вронский чем-то это мотивировал?
— Мотивировал! Он сказал, что его клиент приехал из Парижа и заявил, что кражи не было. Мол, его жена, Софья Беркович, ошиблась и зря подняла панику... Представляешь мою реакцию? Особенно когда я направил группу в Боровск, где обнаружились пальчики одного из грабителей... Я имел почти раскрытое дело — и тут «закрыть». Представляешь, Боря?
— Представляю... И что было дальше?
— Что, что? Слон в пальто!.. Кто я, а кто Вронский! Тот нажал на свои кнопки, и вчера с самого верха мне дали команду: «Закрыть дело, вернуть Берковичу фото похищенных вещей и извиниться».
— Ну и как ты? Все сделал?
— Не все!.. Фотографии и списки вернул, но сделал копии. Дело закрою послезавтра — мне же на это дали три дня... А извиняться не буду вообще. Дудки им!