Они петляли вокруг Дома кино, потом в районе Грузинской улицы и замерли во дворе дома в Среднем Тишинском переулке... Здесь можно было передохнуть!
Коробку из-под сигар вскрывала Ванда — только у нее оказались с собой ножницы трех размеров.
Пока шла работа, никто даже не высказал предположения, что внутри... Там могло быть все, что угодно! И гора бриллиантов, и письма от любовницы. Единственное, что не поместилось бы в сигарную коробку, — содержимое того чемодана.
Вещи, украденные у Берковича весили около тридцати килограммов, а шкатулка из Гаваны была намного легче.
Ванда расправилась с липучим скотчем и сама вскрыла коробку... Внутри была другая коробочка — чуть меньше, чем пачка сигарет, с надписью: «Монпансье «Барбарис»... А еще на самом дне лежал конверт, на котором было написано: «Вере Дубровской».
Сначала открыли коробочку из-под леденцов — там оказались два ключа. Оба солидные, от хитрых сейфовых замков.
С конвертом произошла заминка. Все пятеро были людьми интеллигентными и с детства знали, что читать чужие письма неприлично... Ситуацию спас Боря Кукин. Он решительно взял пакет, разорвал и вынул два листа бумаги.
— Я вас, ребята, очень понимаю. Сам знаю про честь, совесть и деликатность... Но я сыщик! Мне и не такое приходилось разгребать... Здесь два листа: на одном короткое письмишко, а на втором — шифр. Пять столбиков с цифрами... Никогда не любил математику!
Ванда выхватила у Кукина письмо и сообщила, что будет читать его вслух.
— У меня дикция хорошая! Я чуть актрисой не стала... Слушайте: «Дорогая Вера...»
Собственно говоря, это было не письмо, а сопроводительная записка к шифру. Аркадий Дубровский сообщал, что теперь они не просто богаты, а сказочно богаты. Но все богатство спрятано! Где? Об этом сказано в шифровке. А прочесть ее сможет только Верочка, если вспомнит день, когда они познакомились... И это всё!
Денис попытался подвести итоги:
— Мне кажется, что это полный тупик... Прямо как у Буратино — есть золотой ключик, но неясно, где та дверь в светлое будущее.
Помолчали... А через минуту все стали смотреть на Бориса. Он — специалист! Но пока все двигалось, о нем забыли... Это всегда так — к доктору обращаются только тогда, когда заболит.
И Кукин понял, что сейчас он главный.
— Значит, так!.. Разделимся на три группы: первая — Ванда и Слава, вторая — Денис и Ольга, а третья группа — это я.
Имя Ванды было названо первым. Она решила, что ее роль главная. Она вытащила записную книжку, готовясь записать задание... А Кукин продолжал:
— Первая группа едет в Киев. Надо найти Веру Дубровскую... Дальше — все просто! Слава знакомится с ней, влюбляет в себя и узнает про знакомство с Аркадием. Без этого нам не расшифровать эти цифры... А мы пока работаем в Москве.
Ванда попыталась что-то записать, потом подумала и представила, как ее Слава будет выполнять задание...
— Постой, Борис! Ты на что нас толкаешь? Что значит «влюбить в себя Дубровскую»?.. Ты что предлагаешь моему мужу? Прогулки при луне, поцелуи и всякий прочий интим?
— Прости, Ванда, но у меня этого и на уме не было.
— У вас всегда одно на уме!.. Ладно, мы со Славой поедем в Киев. Но общаться с Дубровской буду я сама. Только так!
От ее квартиры на Кузнецком мосту было всего сто пятьдесят метров до Генеральной прокуратуры. Это вселяло уверенность, что преступники обходят эти места стороной...
Маргарита Львовна совсем не боялась за свою безопасность. Во всяком случае, при звонке в ее однокомнатную квартиру она никогда не задавала глупый вопрос «кто там?».
Вот и сейчас гримерша Марго пошла в прихожую, открыла замок и широко распахнула дверь... На пороге стояли сразу три молодых человека. Три богатыря! Центровому было лет сорок, правому — тридцать, а левому и вовсе двадцать пять...
Маргарита Львовна неожиданно почувствовала приятное волнение. К ней редко заходили мужчины, еще реже — молодые мужчины, а чтоб сразу трое — так это вообще в первый раз.
Она мило улыбнулась и посторонилась, пропуская гостей вперед.
— Прошу вас, ребята, проходите... Вы, я вижу, ко мне? Очень приятно...
Первым вошел Злотников... Такое радушие показалось ему подозрительным, и он дал команду своим бойцам притормозить удвери.
Червонец вошел в комнату, где печка в изразцах и лепнина на бордюрах... Но ничего опасного не заметил и кликнул ребят:
— Что вы там встали, как на стреме? Заходите, когда приглашают... Может быть, нас хозяйка чаем угостит.
— Естественно... И не только чаем!