— Мы в западне! — воскликнула Лара, ударив пальцами в ладонь. — Он поймал нас, словно безмозглых мышей.
Длинная полоска света на земляном полу, время от времени гасла: кто-то ходил взад-вперед мимо дверей. Глеб решительно стукнул кулаком о доску:
— Эй, кто там? Открой, поговорим, что ли?
Человек остановился, его тень закрыла дверную щель.
— Чего молчишь? Ты Зонгар?
— Какой еще Зон... — человек запнулся и выругался сквозь зубы. — Сейчас командир придет, поговорите.
— Командир — кто? Доцоев?
У Глеба все же мелькнула слабая надежда, что человек снаружи — просто солдат российской армии, и поймали их наши, приняв за террористов.
— В этих краях один командир, — послышался туманный ответ, который, впрочем, не вызывал особых сомнений.
Да, именно. Так ответить мог только бандит, преданный своему «полевому командиру».
— А вот вы положите-ка свои мобильники на пол у дверей и отойдите подальше, — продолжал голос.
— А если не положим? — спросил Глеб.
— Войдем и отнимем.
— А если у меня нет мобильника? — подала голос Лара.
— Так не бывает. Придется тебя все же полапать чуть-чуть.
— Я тебе полапаю! — воскликнул Глеб.
— Да нет у нее мобильника, — послышался вдруг новый голос, который был вполне узнаваем. — Ау парня он разрядился давно.
Тень Зонгара перекрыла вторую дверную щель. Лара вдруг произнесла несколько слов на незнакомом Глебу языке и тотчас получила симметричный ответ.
Она поманила Глеба ладонью и быстро прижала ладонь к губам: молчи! — лемурийский, стало быть, жест.
Глеб подошел. Лара взяла его руку и потянула за собой. Глеб повиновался. Он слышал, как Зонгар отошел от ворот, продолжая вполголоса говорить с кем-то. Уж не сам ли Доцоев незримо присутствовал сейчас за дверью?
— Слушай, Лара! — сказал он. — Откуда Зонгару известно, что у меня разрядился телефон?
Девушка колебалась: было ясно, что она хорошо знает ответ, но думает, говорить или нет? Наконец решила:
— Это очень просто, Глеб. Дело в дежа вю.
— Какое еще дежа вю? Объясни.
«Впервые назвала меня по имени, — подумал Глеб. — Но это ровным счетом ничего не значит».
— Дежа вю случается, — проговорила Лара. — Я это не сразу открыла. Человек, который движется во времени, как бы раздваивается. Его знания передаются и его двойнику, то есть ему же самому, но действующему в другой датировке.
— Ну и что? — спросил Глеб. — Почему же Зонгар знает обо мне то, чего он никак не мог знать?
Лара опустила голову. Носком сапожка она прочертила идеальную дугу на земляном полу.
— Дело в том, что и Зонгар, и я проходим этот круг во второй раз. Я не помню событий полностью, а лишь урывками, будто бы это был сон. Явное дежа вю. То есть — все это уже было.
— Как во второй раз? — удивился Глеб. — Получается, что и я тоже?
— И ты. Поэтому Зонгар знает, помнит о том, что было. Какие-то детали. Вот и я, например. Ты мне объяснял, как работает газовая колонка...
— Но я ничего тебе не объяснял, ты меня озадачила тогда!
— Конечно. Я смутно помнила, что ты мне говорил про вентили.
— Постой-ка! Вот ты как, оказывается, нас провела в раскопе. Ты утащила фотоаппарат, потому что точно знала, что я поеду за ним в лагерь. И точно знала, что Сед убежит, как увидит привидение.
— Нуда!
— А зачем тебе, кстати, была нужна эта монета? — ввернул Глеб вопрос, который давно мучил его, но лицо Лары сделалось отстраненным: не ответит.
Он решил сменить тему:
— Ладно. Так ты, значит, помнишь все эти события и даже можешь сказать, что с нами будет дальше?
— Что-то я помню, что-то — нет. Отрывочно, как во сне. Аты разве не чувствуешь ничего такого?
Глеб вдруг понял, что да, чувствует. И то, что ему казалось, будто он видел Лару раньше.
— Но почему? Разве я тоже перемещаюсь во времени?
— Еще нет. Но это значит, что будешь.
— Интересно, каким образом. Джин даст мне эту способность?
— Не знаю. Не думаю пока об этом. Меня вот что волнует. Теперь уже точно ясно, что Зонгар заодно с Доцоевым. Ты представляешь, какой чудовищной силой владеет теперь кучка этих людей!
— Не представляю. Но если Джинн — Джинн, то он, как известно из сказок, может и построить, и разрушить что угодно. Можно лишь догадываться, что произойдет, если он будет служить злу.
Глеб даже содрогнулся, подумав о том, что может натворить в мире какой-то безумный полевой командир, но Лара не дала в совершенстве разгуляться его фантазии: