Серебристый служебный автобус отечественной марки на двенадцать мест медленно выезжает с парковки и движется к главным воротам. Внутри ей удается разглядеть Чэнь Гуанлэ, Гун Жун, Хо Цин, Юань Шуйжу… И на самом заднем ряду – изо всех сил машущего ей на прощание рукой Яна-Болвана. Наверное, из-за слишком сильного ветра автобус, мелькнувший перед Чжоу Юнь, выглядел так, словно она глядела на него через мутное увеличительное стекло. Когда она потерла глаза и снова всмотрелась вдаль, автобуса не было – наверное, уже уехал, но больше было похоже на то, что он пересек границу этого мира и исчез по ту сторону.
Что это было? Прощание?
Родные, друзья, коллеги, с кем рядом мы когда-то проводили дни, с кем мы когда-то ссорились, с кем когда-то сражались плечом к плечу, с кем делились последним…
Чжоу Юнь медленно осела на пол, широко раскрыв глаза, полные слез, как будто хотела еще раз увидеть их силуэты. Но перед глазами плыл только черный туман… Вскоре всхлипывания перешли в стон, напоминающий крик. Ей казалось, она сейчас там, вместе с ними, на дне Далинхэ.
Из динамика телефона доносились громкие оклики заместителя директора Гао:
– Чжоу Юнь! Чжоу Юнь!
Собрав остаток сил, она с трудом произнесла:
– Слушаю.
– Чжоу Юнь, я понимаю, тебе сейчас очень больно и грустно. Я чувствую то же, что и ты, – голос директора Гао звучал тихо и глухо. – Но сейчас мы должны проявить беспримерную твердость, собраться с духом и продолжить работать. Поскольку все начальство сейчас здесь, в новой больнице, думаю, кое-что можно будет легко устроить. В старой больнице из медперсонала осталось только несколько молодых сотрудников. Они узнали о случившемся, и уже начался хаос. Говорят, прием пациентов остановлен, весь зал неотложной помощи забит родителями с детьми, обстановка так накалилась, что ситуация грозит выйти из-под контроля. Ты понимаешь, сегодняшний праздник по поводу завершения строительства нового района важнее всего, ни в коем случае нельзя допустить даже малейшей оплошности. Более того, до начала церемонии вступает в должность новый секретарь горкома. Из администрации поступил строжайший приказ: всеми возможными средствами предотвратить возникновение любых неприятных ситуаций и временно прекратить распространение информации о тех, что уже имели место, всеми силами обеспечить успешное проведение праздничной церемонии по случаю завершения строительства нового района. Поэтому тебе следует немедленно вернуться в отделение неотложной помощи, возглавить работу оставшихся коллег и обеспечить продолжение приема больных до прибытия группы поддержки из новой больницы.
Заместитель директора Гао понимал, что сейчас творится в голове и в душе у Чжоу Юнь, и поэтому еще раз повторил свои слова, потом спросил:
– Тебе ясно?
– Ясно, – тихо ответила Чжоу Юнь. Заместитель директора Гао отсоединился.
Чжоу Юнь продолжала сидеть на том же месте. У нее не было сил, а черный туман вокруг продолжал сгущаться. Это все так нелепо, так по-дурацки, в это невозможно поверить. За последний год ей приходится уже во второй раз столкнуться с непоправимой утратой, и в прошлый было точно так же: получив весть о смерти, она сидела на полу и рыдала. Если бы не Юань Юань, вернувшаяся домой, она, скорее всего, сидела бы так вечно. Как побитый ребенок, прячущийся под кроватью. И никогда бы не встала, ведь если встанешь – придется возвращаться в этот дурацкий мир. Она устала, очень устала, она не хотела возвращаться…
В конце концов чувство ответственности все-таки победило слабость, нашептывающую, что лучше все бросить и никогда к этому не возвращаться. Вцепившись в край стола, она поднялась и села на стул. Затем с трудом встала и, подволакивая онемевшие ноги, побрела в ванную, чтобы умыться. Прикоснувшись ладонями к лицу, Чжоу Юнь почувствовала, как оно отекло и опухло. Тогда она увеличила напор воды и принялась плескать в лицо ледяную воду и лупить себя по щекам. Она не помнила, сколько времени прошло, прежде чем от колючей боли она немного пришла в себя. Затем она оделась и вышла из дома.
В очередной раз вернулась в этот дурацкий мир.
Пока она тряслась на велосипеде в вечерний час пик, из-за того, что в ногах не осталось сил, зрение то и дело подводило и глаза застилал туман, она несколько раз чуть было не упала и едва избежала столкновения с машиной, но в итоге с горем пополам таки добралась до больницы. Ван-Барда издалека узнал ее и бросился ей навстречу из комнаты охраны, как солдат, завидевший пришедшее подкрепление.
– Заведующая Чжоу, наконец-то вы приехали…