– Да уж. – Фарис пожал плечами. – Но ей, очевидно, известно что-то, что хотели бы знать и другие. В любом случае мы не единственные, кто пытался опередить нексов. Там были какие-то жуткие амбалы в клювовидных масках, которые метали ножи как сумасшедшие. – Он выдернул капельницу. – Карл и мадам Мирабель сбежали через люк, Квинн отправился за ними, а мы с Жанной держали нападавших на расстоянии. Но потом они тоже внезапно удрали, а Жанна пришла в ярость и отправила меня обратно в портал. Она что-то говорила про птиц и упоминала какого-то Гектора или что-то в этом роде, я не совсем разобрал. Я понял только, что мне нужно срочно убираться с Грани, если я хочу остаться в живых. – Он ухмыльнулся. – Чтобы перестраховаться, я превратился в горного льва и убрался оттуда. Бедный призрак Даниэля очень испугался, увидев меня. У меня так хорошо получается играть роль горного льва, ребята…
– Львы и тигры – это для маленьких мальчиков и выпендрёжников, – лукаво ухмыляясь, сказала Юли, бросив конец верёвки, на которой умело закрутился очередной узел быстрее, чем на верёвке Надима. – Кстати, кнут-конге! – Что в этой игре означало что-то вроде «шах и мат».
– Только не это, – простонал Надим, а Торве издал тихое «Trollkjerring», что по-норвежски означало «женщина-тролль».
– Ничего не поделаешь, я лучшая в этой игре, – самодовольно сказала Юли, и Фарис кивнул в знак согласия:
– Точно! Я тоже не выпендриваюсь – я и правда классный.
– Вы оба выпендрёжники. – Торве собрал верёвки и начал их распутывать. – Демонстрировать свои способности к воображению перед чёрными эльфами просто невежливо. Это заставляет нас чувствовать себя неполноценными.
– Но ты постоянно хвастаешься своими музыкальными способностями, – ответил Фарис. – Посмотрите, у меня двенадцать пальцев, я умею в совершенстве играть на семи инструментах и меня прославляют во всех великих концертных залах мира. Как ты думаешь, насколько неполноценными мы себя чувствуем, когда ты так говоришь?
– Именно, – согласился с братом Надим. – Кто из нас создаёт голыми руками из ничего подземные апартаменты и постоянно хвастается, что построил Эльдорадо, пирамиды и сокровищницы под цитаделью Донгань?
– Не забудь рассказать про лабиринт Лощины менестрелей, – со смехом добавил Эспен из соседней комнаты. – Именно там мы познакомились: Дагни, Скипп и я.
– О да. – Скипп снова появился в дверном проёме, прислонившись к косяку. – Пока мы пробивали себе путь из Барненеса под Ла-Маншем в Стенхенг, мы создали наш первый музыкальный ансамбль, – вспоминал он. – Группа «А-капелла», потому что аркадийцы запретили нам играть на инструментах, опасаясь магического воздействия. Это было пять тысяч лет назад, но люди и сегодня говорят о нас…
Торве кивнул:
– И мы рассказываем вам всё это не для того, чтобы похвастаться, а чтобы поведать вам, необразованным человеческим детям, об истории чёрных эльфов, их архитектуре и порабощению аркадийцами.
Юли с недоверием посмотрела на Скиппа:
– Тебе пять тысяч лет?
– Пять тысяч семьсот двадцать, исполнилось четыре недели назад, – сухо поправил Эспен из соседней комнаты. – Он самый старый из нас.
– Но ты же в душе такой… ребёнок! – воскликнула Юли.
Скипп усмехнулся:
– Да, это моё не самое разумное тысячелетие.
– А сколько тебе лет? – поинтересовался Фарис у Торве.
– О, Торве совсем малыш, ему всего сто пятьдесят лет, – ответил Эспен.
Пока они продолжали весело болтать, а Надим раздавал верёвки для очередного раунда в «Кнут-Уте», я снова посмотрела на портал. И на костыли Квинна, которые были прислонены к стене рядом с ним. Неужели Квинн в опасности? Я единственная, кто вздрогнул при упоминании имени Гектора. Наверное, потому, что только я смотрела в его жуткие жёлтые глаза. Гектор определённо являлся одним из тех людей, с которыми не хочется сталкиваться, особенно когда делаешь что-то запретное. А контрабанда чёрных эльфов, разыскиваемых нексами, из Города Теней через секретные порталы, считалась одним из самых запретных предприятий, которое можно было задумать в нынешнее время…
– Матильда, перестань пялиться на портал и иди сюда. – Эрик указал на оранжевый телефон, чтобы напомнить мне, что мы пытаемся найти номер телефона администратора.
Я благодарно улыбнулась ему. Мне как раз надо было отвлечься.
Когда пятнадцать минут спустя Квинн шагнул через портал, я с облегчением бросилась ему на шею, ещё до того, как успело закрыться мерцающее поле.
– Ты никогда не догадаешься, что узнал Эрик!
– Матильда! – Квинн обнял меня крепче и, что более важно, держал в объятиях дольше, чем обычно в присутствии других, и несколько раз подряд прошептал моё имя, уткнувшись мне в волосы.