Особого счастья от этой идеи молодой человек не испытывал, но и не был настолько глуп, чтобы сказать об этом в лицо отцу и дедушке. У него было много планов на наследство. Путь в Европу начинался в России, проходил через Германию и Францию и завершился в Англии. Кёнэ решила не упустить шанса, который выпадает только раз в жизни, и старалась гулять как можно больше, не обращая внимания на просьбы брата посидеть спокойно в гостинице.
В Париже на второй день она встретилась с девушкой в красивой шляпе, украшенной перьями по последнему писку моды. Оказалось, она тоже приехала сюда учиться из Азии. Они вместе провели целый день. Новая знакомая показала здание парламента, площадь, а также привела туда, где собирались такие же, как она, студенты из Китая и Кореи. Кёнэ, смышленая, но не имеющая подобного жизненного опыта, была готова к новым впечатлениям. Вечером обладательница модной шляпки познакомила ее с молодым ученым-биологом, который пересек Атлантический океан, чтобы читать лекции в Парижском университете. В этот же вечер он показал Кёнэ свою коллекцию насекомых и был очень рад такому интересу к науке со стороны юной девушки. Она сразу поняла основную суть исследований жизни жуков, задавала интересные вопросы, вызвав тем самым теплое чувство зависти к своей сообразительности. Кёнэ даже удалось получить визитку. Она крепко сжала ее в руке и не отпускала, даже когда старший брат кричал на нее в гостинице, после того как она вернулась уже далеко затемно. Кёнэ все сделала правильно. На этом небольшом кусочке бумаги был указан адрес, по которому она отправила несколько писем, а потом документы. И как результат получила учебу в Америке.
Замужество. Кёнэ спокойно перечитывала каждое слово в телеграмме. Брак. Когда-нибудь это произойдет, но только не сейчас. Это не означало, что Кёнэ не любила своего жениха. Тона был очень хорошим. Они познакомились во время учебы в Японии. Он был какой-то идеальный, начиная с отношения к своему делу и заканчивая внешним видом. Не каждой девушке может так повезти в жизни. Но вопрос был не в том, кто станет ее избранником. За кого бы Кёнэ ни вышла замуж, сделав этот шаг, она потеряет часть себя.
Бесконечные мысли о том, что придется отдать кому-то в залог свою жизнь, вгоняли Кёнэ в депрессию. Сначала это был дедушка, потом отец, теперь старший брат. И всё должно было закончиться на будущем муже? Она очень хотела получить совет, но не знала, кому можно довериться. Кёнэ уже давно уехала из Кореи, а все новые связи и знакомства здесь так или иначе сводились к брату и семье.
Неожиданно для себя она вспомнила о дяде, младшем брате отца. Он поддерживал просветительские идеи о доступности образования для женщин и даже просил Кёнэ помочь, чтобы Окхва тоже училась, несмотря на то, что отец девочки был категорически против. Дядя разорвал в свое время отношения с семьей, потому что не поддерживал японский режим. А после того как отец получил должность советника, единственным человеком, с кем продолжилось его общение, была Кёнэ. Она уже давно жила за границей, поэтому была далека от политической ситуации в Корее.
Если обратиться к такому человеку за советом, он сможет многому научить. И здесь вопрос не в знаниях и связях. Для Кёнэ он – первый взрослый, кто осознанно ушел из семьи.
В дверь тихо постучали. Кёнэ сначала не обратила внимания, уверенная, что это опять хозяйка. Но услышав за дверью низкий голос, тут же вскочила и открыла дверь. В коридоре стояла элегантная пожилая женщина. Хозяйка дома, не скрывая любопытства, наблюдала за происходящим из-за спины гостьи. Она могла легко догадаться, что испытывала ее постоялица в этот момент, если ей вдруг даже стало сложно дышать.
– Давно не виделись, Кёнэ! – сказала женщина мягким, без эмоций голосом, который звучал словно из далекого детства.
Ответа не последовало. Как Кёнэ могла забыть, что в ее жизни, помимо дяди, оборвавшего все связи с семьей, был еще один человек.
Есть люди, которые не стареют, а набираются мудрости. Их жизнь не идет к закату, когда здоровье и зоркость глаз уже не те. Они как сосуд, который с годами наполняется проницательностью; как растущее ввысь священное дерево – обрастают все новыми и новыми жизненными историями.
Чон Огёп тоже относилась к таким людям. На ней был традиционный корейский ханбок, но он сильно отличался от того, что носила хозяйка гостиницы. Женщина следила за модой, и ее костюм соответствовал последним веяниям. Удлиненная кофта чогори и укороченная юбка ярких цветов. Гостья была в костюме, который Кёнэ когда-то раньше уже видела дома. Он был точно такой же, с длинной юбкой, верхней курткой и короткой чогори нежного нефритового цвета. Длинные белоснежные волосы – именно белоснежные, а не просто белые, – были аккуратно собраны в пучок, хотя можно было представить, как бы красиво они смотрелись волнами на плечах. И это была стать не от природы, а воспитанная годами на протяжении всей ее жизни.