Лайла: Я просто СГОРАЮ от любопытства — что все это значит?
Белла: Поверь
Белла: Ты бы в обморок упала, расскажи я правду
Настоящая пытка. Самая что ни на есть изощренная мука, и причин тому великое множество.
Во-первых, — и это больнее всего, — Грейсон чертовски привлекателен. Невероятно. Словно модель с обложки: лицо, высеченное и изваянное руками греческих богов. Он — самый красивый мужчина из всех, кого я когда-либо видела, и по совместительству мой босс.
От одного лишь звука его голоса в животе все переворачивается. Довольно странная реакция, учитывая, что я презираю каждого встречного мужчину с тех самых пор, как маме диагностировали рак яичников. После того как осознала, что за человек мой отец на самом деле.
Но стоило Грейсону Кроуфорду выйти в одном полотенце, как мозг напрочь забыл: мужчинам доверять нельзя.
Ну почему не мог достаться какой-нибудь страшила-хоккеист? Разве им не выбивают зубы в драках? Разве не должны быть перебитые кривые носы? Я-то наивно полагала, что стоит ему одеться и спрятать стальной пресс, как тут же сосредоточусь на работе, а не на том, как соблазнительно поблескивает его кожа. Но мерзавец спустился в серых спортивных штанах — повторяю: в серых спортивных штанах. Он что, не знает? Это же криптонит для любой женщины. Добавьте легкий румянец на скулах и ту единственную ямочку, что то и дело мелькает, когда он робко улыбается, — и я пропала.
Окончательно.
Я даже не берусь расшифровать те чувства, что сеют хаос в теле. Либидо живее всех живых, и потребуется не иначе как чудо, чтобы загнать его обратно в ящик, где так долго держала под замком.
Но затем, по иронии судьбы, я вспоминаю, ради чего вообще согласилась на работу и почему именно Грейсон Кроуфорд — мой начальник. Перед глазами всплывает мамино лицо — я вижу, как оно искажается от боли, когда она находит на кухонном столе записку в две строчки, небрежно набросанную отцом. И внезапно нахлынувшие чувства исчезают в мгновение ока.
Мужчинам нельзя доверять.
Никогда.
Можно двадцать лет верить, что ты счастлива в браке, но стоит только обнаружить рак — и любовь всей жизни, твой лучший друг, собирает вещи и попросту сбегает.
Я благодарна за эту встряску — отвратительное, но своевременное напоминание, помогающее переключиться на очередную пытку дня.
Этот мужчина понятия не имеет, где лежат вещи... и это в его-то доме. Как вообще можно не знать, где что находится?
На языке так и вертятся колкости — явно не тот тон, в котором стоит общаться с новым боссом, — но всякий раз, когда Грейсон открывает очередной шкаф и тихо ругается под нос, румянец на щеках становится гуще. И я просто не могу добивать человека, когда он и так в полном замешательстве.
Грейсон — сплошное недоразумение.
Возможно, я слишком долго ухаживала за мамой, или это природный инстинкт, выработавшийся за годы общения с Лайлой, но внутри что-то щелкает и заставляет действовать. Каждая клеточка тела кричит о том, что нужно избавить его от неловкого выражения лица.
— Все в порядке, можете прислать на почту, — предлагаю я. — Днем я куплю настенный календарь. Тогда, если не захочется писать сообщения, будете отмечать все новости прямо на доске.
Плечи, подтянутые чуть ли не к самым ушам, наконец опускаются. Он делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, и бормочет:
— Хорошая идея, — Грейсон оборачивается — с уже сошедшим с лица румянцем — и подмигивает. — Похоже, твой номер я все-таки получу.
Я не выдерживаю и прыскаю со смеху.
Голова идет кругом от того, как стремительно он превращается из застенчивого недотепы в собственном доме в самоуверенного красавца.
— Пожалуй, наше общение должно ограничиваться доской, — заявляю я, как только удается справиться с хохотом.
— Как тебе будет удобнее, — он пожимает плечами, доставая из холодильника две бутылки воды. — Хотя я просто пошутил. Надеюсь, ты не считаешь меня каким-нибудь скользким типом.
— И что же могло навести на такую мысль? — невинно хлопая ресницами, уточняю я.
— Возможно, те две голые девицы?
— Это вы сказали, не я.
Румянец возвращается, а вместе с ним и та самая одинокая ямочка — губы медленно растягиваются в улыбке.
Отводя взгляд, я открываю электронную почту.
— Так, нужен ваш график тренировок, расписание игр, любая физиотерапия или частные занятия, — я на секунду замолкаю, поджав губы. — В общем, нужно все.
Он тут же выхватывает телефон.