— Ты про Грипа? У нас это называется burn rate — столько стоит каждый час, когда всё готово, а съёмки не идут. На этих съёмках — восемьдесят тысяч крон в час. У Кнута должно быть чертовски хорошее объяснение.
— Окей, — сказал Харри и вытянул освободившуюся ногу. — Позвоним, если у нас появятся ещё вопросы.
По пути к «Эскорту» у Харри зазвонил телефон. Это была Сири Хеймен.
— Я поговорила с молодой парой, которая сидела рядом с Брандтом.
— Да?
— Они его помнят, потому что сидевшие сзади попросили его снять шляпу, и он обиделся. Я отправила им фотографию Брандта, и они подтвердили, что это был он.
— Спасибо.
Харри повесил трубку.
— У Брандта алиби.
Олег застонал.
— Снова в исходной точке.
Раздался хриплый крик, и на стекло посыпался снег. Тот же крик — ещё раз. Харри наклонился вперёд и посмотрел вверх. Увидел качающуюся ветку над ними и ворону, пролетавшую над машиной. Она крикнула в третий раз, потом скрылась за крышей студии «B».
— Чёрт, чёрт, — прошептал Харри и нажал на экран телефона.
Олег повернулся к нему.
— Что такое?
— Что-то забыл? — раздался в телефоне голос Сири Хеймен.
— Найди нам адрес Кнута Грипа, — сказал Харри. — Работает в кино. Если не найдёшь, его адрес есть в «Фильмпаркене» на Яре.
— Займусь.
— Харри… — начал Олег.
— У тебя есть мигалка? — перебил Харри и положил телефон в центральную консоль.
— В багажнике.
— Доставай.
Тишина давила Харри на уши почти физически после того, как Олег выключил сирену. Они остановились у дома Кнута Грипа и смотрели на пустую, словно вымершую поздним утром улицу с виллами в Дисене. Харри хорошо знал этот район. Сблокированные дома здесь построили для государственных служащих в пятидесятые, а виллы изначально были скромными домами среднего класса с такими же скромными садами; теперь сами виллы достраивали и продавали почти по тем же ценам, что и дома на западной стороне города.
— Открой багажник, — сказал Харри и выпрыгнул из машины. — И возьми оружие.
— Может, стоит дождаться патрулей? — спросил Олег, но нажал кнопку под рулём.
Харри поспешил через калитку, прижимая телефон к уху и держа в руке монтировку. Олег шёл сразу за ним с готовым служебным пистолетом.
— Если он не отвечает, мы взломаем дверь.
— Но… — начал Олег.
— Опасность для жизни и так далее. С дежурным юристом полиции разберусь потом.
Харри поднялся по трём ступеням на крыльцо и нажал кнопку звонка под табличкой с именами Андреа Хэссельберг и Кнута Грипа. Изнутри донёсся приближающийся топот лап. Затем — сердитый собачий лай. Они подождали, но других шагов не услышали.
— Идём вокруг, — сказал Харри.
Они пробрались через снег в сад.
— Не наступи на… — начал Харри и указал.
— Вижу, — сказал Олег и обошёл глубокие следы в снегу перед ними.
Они поднялись на террасу, и Харри сложил ладони ковшом, приставил их к стеклу и заглянул внутрь.
Он сразу увидел светлый диван. И тёмные пятна. Полосы на светлом паркете.
— Кровь, — сказал он.
Поднял монтировку. Стекло лопнуло с хрупким звоном.
Они перебрались внутрь, переступая через осколки.
Собака, которую Харри определил как разновидность бульдога, подбежала и залаяла, словно стараясь казаться больше, чем была, но в остальном выглядела безобидной.
Харри пошёл по кровавому следу, похожему на полосу от волочения, в коридор. Бульдог побежал впереди, словно показывая дорогу.
Снаружи уже слышались приближающиеся полицейские сирены. Бульдог остановился перед дверью, у которой кровавый след обрывался.
Харри жестом велел Олегу держать пистолет наготове. Вдохнул. Чтобы не испортить возможные отпечатки, он нажал на ручку, упершись в самый её конец только указательным пальцем.
Это был маленький гостевой туалет.
Кнут Грип лежал на спине на полу, головой рядом с унитазом; белая рубашка была пропитана кровью.
— О чёрт, — сказал Олег.
Харри опустился на колени. В центре груди, на залитой кровью рубашке, виднелось отверстие с чёрными краями, словно от сигаретного ожога.
— Выстрел в упор, — сказал Харри и осторожно обхватил запястье Грипа тремя пальцами, одновременно отодвигая собаку, которая пыталась лизнуть хозяина в лицо.
— Я проверю дом, вдруг убийца ещё здесь, — сказал Олег.
— Нет! — резко сказал Харри. — Не раньше, чем придёт подкрепление.
— Но что, если убийца уйдёт, пока…
Снаружи послышалось, как сирены приблизились и смолкли.