Кристиан словно примёрз к креслу, когда Грип поднял нож для первого удара. Он уже собирался со всей силы опустить его, когда его собственный зрительный нерв пронзило.
Лучом света от HMI-лампы мощностью 1800 ватт с трёх метров.
Грип зажмурился и в следующий миг почувствовал удар по предплечью. Нож выпал. Он заставил себя открыть глаза; световые пятна плясали по сетчатке, а обе его руки уже заламывали назад и вверх. Металл сомкнулся на запястьях, послышался мягкий щелчок хорошо смазанного механизма.
Что-то заслонило ослепительный свет, и Грип наконец снова смог видеть.
Большой человеческий силуэт.
Включился верхний свет.
Теперь Грип понял, кто это.
— Х-х-Харри?
— Да. И со съёмочной группой.
Высокий полицейский шагнул в сторону. Грип моргнул и посмотрел на тех, кто молча наблюдал за ним. Полковник стоял за световой стойкой. Черно сидел на табурете за камерой. Эрнст — за мобильным звуковым микшером, Сверре держал микрофонную удочку. А Кида сидела в режиссёрском кресле за монитором.
Она вдохнула.
— И… снято.
Наступила тишина.
Грип посмотрел на молчавших коллег. Криво улыбнулся. Прокашлялся.
— Всё записали?
Ни Харри, ни Катрине несколько секунд ничего не говорили после того, как на экране увидели, как Харри надел на Грипа наручники, Кида сказала «снято», а телевизор в переговорной отдела убийств погас.
Катрине взглянула на часы. Без четверти девять утра, через пятнадцать минут должна была собраться следственная группа. Пресс-конференция назначена на двенадцать.
— Да, это признание, я же слышу, — сказала она, кивнув на экран. — Но ты прекрасно знаешь, что в суде мы это использовать не сможем.
— Проверим, не из квартиры ли Дейла тот бальсовый нож, который вытащил Грип, — сказал Харри. — И восьмимиллиметровое сверло мы тоже нашли в его ящике с инструментами. Эдди говорит, они будут сверлить им кость и сравнивать следы со следами на зубах Фелисии. Что-то вроде баллистической экспертизы. На сверле уже нашли микроскопические следы того, что, по их мнению, является эмалью.
— Да, но дело в том, что суд не допускает доказательств, добытых путём сознательного обмана обвиняемого. Это касается и признания, и ножа, и сверла.
— Да, — сказал Харри. — Но только если обвиняемого обманула полиция.
— Если ты думаешь, что судья допустит всё это лишь потому, что ты был отстранён или станешь утверждать, будто действовал в свободное время, то ошибаешься, Харри.
— Я не это утверждаю.
— А что?
— Я утверждаю, что вчера вечером только рассказал Киде Ширер о своих подозрениях. А уже она связалась с Кристианом Боэнгом, Черно и остальными из съёмочной группы и устроила ловушку для Кнута Грипа.
Катрине нахмурилась и чуть откинула голову, словно хотела получше рассмотреть Харри.
— Хочешь сказать, ты не имел к этому отношения?
— Я говорю, что Кида и Кристиан готовы поклясться, что всё придумали сами.
— А ты оказался там случайно?
— Они попросили меня присутствовать ради безопасности, не посвящая в то, что должно произойти.
— И ты тоже готов в этом поклясться?
— Клясться мне, к счастью, легко.
Катрине безрадостно рассмеялась.
— Подозрение, — сказала она. — Ты так и не объяснил, как догадался, что Киноубийца — не Тим Каландер, а Кнут Грип.
— «Мой корабль нагружен…»
— Что?
— Опечатка, которая оказалась не опечаткой, а моей ошибкой. И кассета без пыли.
— Не мог бы перевести?
— Когда стало понятно, что жертв связывает работа в кино, я просмотрел в кинобазе Национальной библиотеки проекты, в которых участвовали убитые. В том числе «Final Cut», где режиссёрами были указаны Х. Боэнг и К. Каландер. Я ведь знал, что Кнут Грип сменил фамилию Каландер на Грип, но просто не подумал об этом. Наверное, автоматически решил, что K от Knut — опечатка и там должна быть T от Tim. Хотя подсознание пыталось подсказать мне ответ через Герта.
— Герта?
— «Мой корабль нагружен…» Он сказал, что T веселее K.
— Ничего себе.
— Потом был этап, когда я решил, что Тим действовал не один.
— Почему?
— По нескольким причинам. Главная — профиль не сходился. Тим был не из тех, кто способен настолько систематично доводить всё до конца и убивать. А потом появилась запись, бросившая подозрение на Кристиана Боэнга. Он был помешан на женщинах в душе. Когда я увидел, что кассета «Исцеление» на полке Тима единственная без пыли, я заподозрил, что ей там не место. Что кто-то — например Кристиан Боэнг — подложил её, чтобы полиция решила, будто именно Тим был мозгом убийств.