Некоторые сведения о процессе позволяют думать, что Галилей, который под давлением судей вынужден был опровергнуть учение Коперника, потом-таки упрямо пробормотал фразу: «И все-таки она вертится!» («Eppur si muove!») Было ли это так? Или истину следует искать в том, что больной, старый, запуганный человек, который, правда, оставался верен своим убеждениям, все-таки слишком хорошо понимал скрытую опасность для жизни и потому вел себя сдержанно? В 1981 году из тайных архивов Ватикана общественности была представлен пожелтевший лист бумаги, на котором Галилей дрожащим почерком писал судьям: «Я нахожусь в ваших руках, делайте со мной все, что соизволите». Это очень отдаленно напоминает строптивого ученого, который вопреки всем опасностям провозглашает в учебниках истории: «И все-таки она вертится!» Впрочем, так называемое высказывание Галилея было письменно зафиксировано только в XVII столетии, предположительно французским аббатом по имени Огюстен Симон Трэл, который вложил ее в уста ученого.
После вынесения приговора тосканский посол успешно вступился за Галилея и выхлопотал замену взятия под стражу на домашний арест. Сначала Галилей отбывал его у архиепископа Сиены, который создал ему самые благоприятные условия. Церковный деятель не только позволил по-прежнему глубоко потрясенному приговором Галилею возобновить свою научную работу, но настоятельно поощрял его к этому. Пять лет спустя, в 1638 году, Галилей смог перебраться в свой дом в Арчетри под Флоренцией, однако по-прежнему оставался под арестом. За год до этого ему, с помощью одного ученика, удалось напечатать в голландском Лейдене свой новаторский труд о динамике и законах падения, который он точно так же написал в форме диалога.
Ослепший к тому времени Галилей умер в 1642 году в Арчетри. Он до последнего часа находился под домашним арестом и, таким образом, под неусыпным надзором инквизиции.
Спорный «Диалог» Галилея до 1835 года оставался в папском списке запрещенных сочинений. Лишь в 1893 году папа Лев XIII согласился с рассуждениями Галилея об истине знания и веры. Наконец в 1979 году папа Иоанн Павел II решился вновь заговорить о Галилее и обратил внимание на то, какие страдания пришлось пережить ученому из-за церкви. В 1992 году, то есть через триста пятьдесят лет после его смерти, папа Иоанн Павел II реабилитировал Галилео Галилея и объявил ведшиеся против него инквизиционные процессы необоснованными.
31. Я мыслю, следовательно, существую
Рене Декарт (1596–1650)
Когда младенец появился на свет, похоже, мало кто предполагал, что он выживет. Врачи признались в собственном бессилии. Однако энергичная кормилица заботливым и интенсивным уходом опровергла пессимистичные прогнозы. Хотя у Декарта на всю жизнь сохранилась некоторая болезненность. В пору ученичества ему разрешали оставаться в постели почти до полудня, и эту привычку Рене сохранил, даже став взрослым, а позднее вынужденный отказ от нее, должно быть, способствовал его смерти.
Рене Декарт родился в провинции Турень на северо-западе Франции, в состоятельной мелкопоместной семье. У него всегда было достаточно денег, чтобы, не заботясь о хлебе насущном, целиком отдаваться научным исследованиям. Приблизительно в десять лет он поступил в иезуитский коллеж Ла-Флеш в Анжу, в котором он в течение восьми лет знакомился с математикой и физикой своего времени. Как и незадолго до этого его современник Галилео Галилей, который был на тридцать пять лет старше, Декарт вскоре отказался от схоластического учения. Молодым человеком Декарт отправился в Париж и поначалу принимал участие в обычной для его круга общественной жизни. Однако та быстро утомила его, и он удалился в тайное жилище, расположение которого не знали даже самые близкие друзья. Два года он уединенно провел там, посвятив себя интенсивным математическим и юридическим занятиям.