Сегодня в корзинке с яйцами он нашел ответ и мечтал только об одном – провалиться под землю. Виктор представил, как Корнелия обсуждает его со своими подругами, – нескладного, не знающего, как подступиться к простым людям после долгих лет в компании Ишмы и Хеля. То, как он краснеет, запинается, протягивает скомканную записку в мокрой руке.
Виктор закрыл лицо ладонями и застонал.
– Ужасный день, да?
Виктор подскочил на кровати как ошпаренный, а затем метнулся к Хелю и вырвал записку из его рук.
– Я не разрешал это читать!
– Она лежала на полу, – Хель пожал плечами. – Я думал, это мусор.
Виктор сел на кровать, глядя в одну точку. Мимолетная вспышка гнева лишила его остатков сил и самообладания.
– Мусор тут только я, – Виктор лег на бок и поджал ноги.
Хель открыл было рот, что-то намереваясь сказать, но передумал. Виктор молчал. Слова сейчас явно были лишними. Ему просто нужно было немного побыть в тишине и одиночестве, но выгнать сервитора из их общей комнаты он не решился. Не мужчина, а тряпка. Неудивительно, что Корнелия его отвергла. Он сам бы себя отверг.
– Ну эй, эй, – кончик хвоста Хеля обеспокоенно застучал по полу. – Все, хватит киснуть. Поднимайся и собирайся. Мы выходим прямо сейчас.
– Куда?
– В таверну. У тебя ведь есть немного карманных денег?
– Есть. Но я не хочу тратить их на таверну. И вообще никуда не хочу.
– Ну конечно. Ты хочешь только глотать пыль над книгами, а потом удивляться, что юная прелестница тебе отказала.
– При чем здесь… – раздраженно начал Виктор, но Хель его перебил.
– Ты хочешь, чтобы люди тебя приняли, но понятия не имеешь, чем они живут. Что делают, когда не работают. В чем топят свои печали. Так вот, таверна – это самое подходящее место для избавления от сердечной боли. Очень человеческое.
– Ты еще будешь учить меня человеческому.
– Кому-то же надо, – Хель замер и дернул ухом. – Ишма задремала прямо в кресле за книгой. Идем, пока не проснулась. Это то, что тебе сейчас надо, говорю же.
И Виктор сдался, хотя идти в промозглую слякоть совсем не хотелось. Но и домашняя обстановка тоже его тяготила. Прочь от смятой бумаги на полу, от пыльных книг. Прочь от Ишмы, которую с каждым годом все быстрее покидали силы, чья прямая спина ссутулилась, а руки роняли вещи.
Прочь от мыслей о том, что она прожила бы на добрый десяток лет больше, если бы не связывалась с сервиторами. Если бы не тратила столько сил на то, чтобы сначала их призвать, а потом развоплотить.
Виктор запахнул плотнее плащ и шагнул в вечернюю темноту вслед за одним из них.
– Трактирщик! – рука Хеля взметнулась вверх. – Нам еще две кружки эля.
Виктор хмуро на него взглянул. В иных обстоятельствах, он предпочел бы сделать заказ сам, чтобы не привлекать внимание к Хелю. Тот плотно замотался в плащ с капюшоном, скрывая рога, но глаза и кожа все еще оставались на виду. Едва ли кто-то стал бы разглядывать их в полумраке дальнего столика, и все же…
Однако сегодня Виктор полностью передал всю инициативу в руки Хеля. Не хотелось тратить лишних слов даже для того, чтобы сделать заказ, хотя Хель все-таки выпытал все подробности о Корнелии. Виктор поболтал остатки эля в кружке и сделал последний глоток, чтобы обменять опустевшую посудину на новую порцию. Хмельная сладость разлилась по языку. Стало ли ему лучше? Наверное, да. Но едва ли из-за выпивки – скорее из-за того, что не пришлось остаться с самим собой наедине. Пока Виктор молча потягивал эль, Хель болтал какую-то чепуху – истории то ли выдуманные, то ли настоящие, плавно перетекающие одна в другую, – и Виктор не думал о Корнелии, хотя бы пока слушал их.
В конце концов тело стало ватным и тяжелым, мысли загустели. Виктор подпер голову кулаком – еще немного, и она просто упала бы.
– …вот я ему и говорю… Эй, – Хель внимательно посмотрел на Виктора. По сервитору вообще невозможно было сказать, что он что-то пил вместе с Виктором. – Тебе плохо?
– Мне хорошо, – пробормотал Виктор и икнул.
– Ай-яй, – Хель покачал головой, – кажется, кто-то перебрал. Пойдем проветримся.
И несмотря на вялый протест, Хель вытолкал Виктора наружу.
Виктор оперсяспиной о стену и вздохнул. Сырой и холодный воздух, тут же облепивший его щеки, подействовал очень бодряще.
– Мхм. Спасибо. Это действительно… неплохое времяпровождение, – сказал Виктор, не глядя на Хеля.
– Не хвали меня слишком сильно, – Хель прислонился к стене рядом. – У меня здесь свой интерес. Я хотя бы выбрался в город за все эти годы, попробовал вашу выпивку. А то с тобой и твоей наставницей взаперти со скуки свихнуться можно.