Учебный корпус пустовал – сессия недавно закончилась, студенты еще не вышли с каникул. Оттого коридор, пахнущий казенной краской, казался темным и унылым.
– Я просчитал семнадцать вариантов ответа по «Зилант-шəһəр», – политкорректно назвал проект Тимур-лайт. – Мне больше нравится…
Цифровик дернулся и затих. Видимо, связь сбоила. Я решил отключить моего компаньона, все равно ни один из семнадцати вариантов не годился. То, что он хотел предложить, наверняка уже пробовали – Зилантом занималось много контор с обширным штатом сотрудников. Решение, если и существует, типовым не будет.
У лифта меня ждал сюрприз. Точнее ждала.
Сегодняшняя блондинка, облаченная в драные джинсы и пеструю маечку, с нахальным видом загораживала собой кнопки лифта.
– Отойди, – сказал я.
– Паажалста, – развязно сказала деваха и сделала шаг в сторону. Лифтовых кнопок было две – красная и синяя. Я замешкался.
– Ножи кизлярских мастеров обладают несравненным эффектом… – очнулся Тимур-лайт и с видом счастливого недоумка принялся вещать рекламу.
– Зараза, – прошипел я. – Тимур-ленг! Протокол семь!
– Запускаю, – сосредоточенно отозвался цифровик. – Должно помочь… существует старый советский способ, нужно всего лишь…
Взломать моего помощника – надо было постараться. И ради чего?
– Проблемы? – поинтересовалась деваха. – Какую кнопочку выберешь? Красную или синюю?
– За хакерство знаешь, что светит? Отключи эту белиберду.
– Я никого не взламывала, – она улыбнулась и мне стало противно. Когда она целовалась с тем патлатым, то производила более приятное впечатление. – Ты сам взломал себя.
– Что ты мелешь?
Блондинка воровато оглянулась и почти прошипела:
– Ты и есть цифровик, ты-«лайт». Это сбой, Тимур.
– Ч-что?
Мир вокруг потемнел и стал уныл до тошнотворности – то ли сказывалась усталость после бодания с «биде для Шурале», то ли девица на меня так плохо действовала. Мне хотелось побыстрее покинуть это место. Но кнопки лифта по-прежнему разноцветно сияли, намекая на необходимость выбора.
– Твое сознание переместилось в электронного помощника, – она приставила к своему виску сложенные пистолетом пальцы. – Время уходит, Тимур. Если не вернуть тебя обратно как можно быстрее, то безумие станет необратимым.
– Почему я должен этому поверить? – выдавил я.
– Ты сам ощущаешь иллюзорность мира. Ты не просто так обманываешь нейросети. Твой талант распознавать людей и ИИ вовсе не талант, Тимур, – она вбивала слова словно гвозди. – Ты узнаешь своих. Не более того.
Я ткнул в обе кнопки сразу.
– Еще увидимся, Тимур, – ласково сказала мне деваха. – Ак куян всегда с тобой.
Она послала на прощание воздушный поцелуй.
«Ак куян» по-татарски белый кролик, – дошло до меня, когда я наконец выскочил из Энергоуниверситета на свежий воздух. Тимура-лайт сразу же отпустило, и он виновато качал головой.
– Накатило что-то, приятель, – объяснялся цифровик. – Я когда возился с антиплагиатом, нахватался старых вирусов. Сайты там древние, понимаешь?
– Умолкни, Тимур-ленг, – буркнул я устало. – Погоди. Сначала набери мне клиентку.
Но идея со звонком оказалась запоздалой. Ко мне подошли два амбала с очень деловым видом.
– Тимур Романович? – хмуро спросили меня деловые люди.
– Слушаю… – осторожно протянул я.
– Поедете с нами, – безапелляционно заявил один из амбалов.
– А вы кто?
– Амина Сабировна послала встретить вас, вы не отвечаете на звонки.
Деловые люди подхватили меня под белы рученьки и чуть ли не поволокли к большой черной машине. На работу под конвоем я давно не ездил, все как-то обходилось…
Молчаливые деловые люди довезли меня до помпезного особняка за глухими четырехметровым забором. В машине меня укачало, и я плохо понимал, где мы вообще – кажется мы проезжали в сторону элитных поселков вдоль волжского левобережья. Тимур-лайт словно в знак солидарности был бледен как черно-белый мультик.
Связь тут глушили основательно. А стоило войти внутрь особняка, так мой бедный цифровик и вовсе крякнулся.
В доме было тихо и мрачно. Дорогая обстановка просила яркого света вместо зашторенных окон и черной драпировки зеркал. Хозяйка объявилась тоже в траурной одежде. До меня наконец дошло.
– Сочувствую вашей утрате, – сказал я уважительно.
– Спасибо, милый мальчик, – сказала Амина Сабировна. Она была в том возрасте, когда услуги элитных косметологов еще справляются с неизбежностью старения. – Про тебя говорят, что ты можешь отличить живого человека от… компьютера?