– Чего стоишь? – Ис заглянула Яру в лицо. – Догоняй.
Она держала ладони сцепленными за спиной, словно спасалась от соблазна коснуться раскаленных солнцем перил.
Яр молча побрел вслед за Елисеем.
Лес оказался чахлой, жмущейся к речке порослью. Трава до колен, кусты, редкие березки. Яр сдвинул ви-маску на лоб. Отмахиваясь от стрекоз, старался не сходить с едва различимой тропинки. Вышли к воде. Яр тут же черпнул кроксом, скривился, но стерпел. Елисей сел на поваленное бревно, разгреб песок, обнажая выложенный камнями круг и угольки в нем.
– Вандальничаешь втихую? – хмыкнул Яр. Упал рядом, стянул с ноги и вытряхнул крокс.
Елисей приподнял брови:
– Я по всем правилам костер развожу и перед уходом песком засыпаю. Почему вандальничаю?
– Под камерами разожги, тебе сразу объяснят почему, – фыркнул Яр. – И с кем ты сюда ходишь?
– С Румой.
– Да это понятно. Я про друзей.
Елисей медленно повторил:
– Я бываю здесь с Румой. Нет у меня других друзей.
Яр замялся. Натянул обратно крокс. Встал, подошел к кромке воды, ступил в илистую жижу. Вода манила зайти глубже, и Яр поддался. Закатал штанины, сделал шаг.
Толчок в спину оказался неожиданным. Яр полетел вперед, ухнул с головой в пахнущую ржавчиной и рыбой воду. Вынырнул, отплевываясь.
Елисей стоял на мелководье и хохотал.
– Я тебя… – Яр хапнул ртом воздух, подавился собственным возмущением.
– Сначала догони!
И Яр повелся. Как сопливый малолетка. Бросился вслед визжащему Елисею, догнал, макнул лицом в воду. Вышел на берег, раздутый от гордости за удавшуюся месть.
Возле бревна затрещал костерок. Кисточка хвоста прилипла к шее. Яр стянул резинку с волос и только тогда понял, что на нем нет ви-маски. Вскочил. Заметался.
– Ты чего? – Елисей смахнул со лба прилипшую челку. – Утопил ви-маску?
Яр кивнул.
– Давай поищем, вдруг ее не успело унести, – в голосе Елисея не было ни грамма уверенности.
Яр рухнул на бревно и спрятал лицо в ладонях.
– Ты видел, какой там ил? Если не утянуло течением, то похоронило на дне.
– Забери мою, – Елисей снял ви-маску, протянул. – Я все равно ей не пользуюсь.
– Ну и дурак, – прозвучало резче, чем хотелось. Елисей напружинился и Яр смягчился. – Сам подставляешься, а потом получаешь по шее от дворовых пацанов. Они чуют чужака.
– И пусть, – Елисей сжал челюсти. – Не нужны мне друзья, которые из виртуала не вылазят.
– А где других взять? Это ты абориген, а нормальным людям костров и речек мало.
– У меня есть Рума. Больше мне никто не нужен.
Елисей лениво ковырял ложкой в пластиковой банке с мороженым. Яр тронул перегретую ви-маску. В этой, глючной, мир снова стал зыбким. Двор изрезали червоточины, нейро-ассистенты превратились в обглоданные скелеты, по стенам квартиры зазеленели узоры технического слоя.
Ис сунула палец в банку, попыталась зачерпнуть мороженое и скуксилась:
– Половину души продала бы за одну ложку.
– Было бы что продавать, – не удержался Яр.
Ис показала язык и откинулась на спинку дивана.
Елисей сидел на табурете, притянув колени к груди, и задумчиво мусолил ложку. Ви-маска упрямо отказывалась видеть даже тонюсенькую пуповину связи с его нейроассистентом.
– Когда ты завел питомца? – спросил Яр.
– Как к Бабане переехал. Но Рума завелся сам.
Яр замялся. Он так и не удосужился узнать, почему пацаненок не живет с родителями, и рисковал неловким вопросом вляпаться в какую-нибудь драму.
– Сам так сам. Может, фирму хоть узнаешь, я бы запрос на резервную копию сделал… – договорить Яр не успел. За окном протяжно взвыло.
– Рума! – Елисей сорвался со стула и как был – с ложкой в зубах – рванул в коридор.
Ис подскочила к окну. Яр тоже выглянул во двор.
Рума стоял у подъезда. Елисей на крыльце и замер. Яр сощурился, навалился животом на подоконник, но так и не разглядел нейросвязи. Мальчик и щенок были совершенно свободны друг от друга.
Елисей протянул руку, но Рума заскулил и попятился.
– Чего он? – удивился Яр.
– Прощается с другом, – вздохнула Ис. – Понял, что мешает ему жить. Хотел уйти тихо, но сегодня у речки понял, что не получится.
– Не было его у речки, – пробормотал Яр и тут же осекся, взглянув на Ис. Свет вычерчивал ее угловатый силуэт. Бисерины на вороте перемигивались.
Ис перехватила взгляд и Яр добавил:
– Тебя тоже не было у речки. Там нет покрытия сети. И я утопил ви-маску.
Ис усмехнулась, отступила вглубь комнаты:
– В древние времена шаманы скрывали лицо, чтобы облегчить переход в другой мир, а сейчас лицо скрывают, чтобы не видеть мир настоящий. Открой глаза, Яр.