– Какие шутки?! – теперь уже Марти схватил его за плечи. – Ты чего несешь, Петягин? Смотри! – одной рукой он повернул визор Алекса к земле, а другой, дрожа, указал туда же.
– Да в тебе актер гибнет, – скептически пробормотал Алексей.
Но шутка даже не думала заканчиваться. Напротив – она начала выходить на новый уровень. Марти явно не собирался униматься.
– Диспетчер. Срочный вызов. Подтверди, что я вижу!
Раздался ленивый женский голос диспетчера сопровождения, и было очевидно, что участвовать в этом фарсе ей также не хотелось:
– Ну что у вас, Горковски?
– Камеру смотри, говорю! – почти взревел Блондинчик. – С моего визора и визора Петягина! Видишь? Подтверди!
Алекс уже приготовился закатить глаза, как вдруг…
– Это… На что я смотрю? – диспетчер явно была ошарашена.
– На первый инопланетный контакт, – торжественно заявил Марти. – Старшего вызывай. Срочно. И запроси у искина носилки какие-нибудь. А то Петягин совсем не в себе, – он махнул рукой в сторону Алекса, который стоял неподвижно, и с открытым ртом, наблюдая за разворачивающимся перед ним бредом.
– Да. Сию минуту, – уже абсолютно серьезным голосом ответила диспетчер.
– Да вы что… прикалываетесь?
Алексею оставалось лишь переводить взгляд с пустого участка на земле на напарника и обратно. Все происходящее выглядело как нелепая постановка в дешевом театре абсурда. Однако старший был вызван. Носилки отправлены. А сердце Алекса впервые екнуло от странного, совершенно незнакомого для него ощущения – непонимания.
В голове стоял непрекращающийся раздражающий писк. «Это, наверное, и есть то, что называют звоном в ушах», – пронеслось в сознании Алексея. Раньше ему не приходилось сталкиваться с подобным. Все бывает в первый раз.
Он нервно усмехнулся и снова посмотрел направо.
За стеклом находился второй медицинский блок, сейчас разделенный перегородкой надвое. Одна его часть была до отвала набита людьми: они толкались, перешептывались, вытягивали шеи и так и норовили заглянуть в огражденную секцию. Не мудрено. Ведь там… не было абсолютно ничего. Лишь стояла одинокая заправленная койка, переправленная сюда из блока для лежачих пациентов. Все вокруг пыталось убедить Алекса, что там, за стеклом, справа от него, на этой самой кровати лежал пришелец, которого они с Блондинчиком якобы доставили с астероида. Отсутствие кого бы то ни было на кровати и порождало в голове у Алексея тот сводящий его с ума звон.
– Да все в порядке с вами, – донесся голос, словно из иного измерения. – Просто переутомились, может. Не удивительно, на фоне таких-то потрясений…
Алекс сосредоточил взгляд на собственном отражении в окне между блоками. С абсолютно каменным лицом, чуть сгорбившись, он сидел на каталке в соседнем помещении и слушал врача, стоявшего напротив. По его же просьбе врач провел дотошный осмотр инженера на предмет «проблем с головой».
«Да все в порядке с вами».
Алекс не был в этом так уверен. Более того – он даже надеялся, что доктор что-нибудь упустил. Потому что иначе это означало бы одно: весь экипаж огромного исследовательского судна космического флота UASA попросту потешался над ним.
Потешался Блондинчик – еще на астероиде, когда довел себя почти до истерики, стараясь втянуть Алексея в абсолютно нелепую пантомиму с погрузкой пустоты на носилки. А успокоился только тогда, когда Алекс вместе с ним был вынужден обхватить руками пустое место и сделать вид, что поднимает что-то невесомое с каменистой поверхности.
Потешалась целая команда высококвалифицированных медиков, которые битый час проводили серьезные манипуляции со специализированным оборудованием над пустой кроватью. Все это происходило прямо на глазах у Алекса, в том самом соседнем блоке, пока он все еще силился понять, зачем кому-то прикладывать столько усилий чтобы просто его разыграть.
Черт, выходило, что даже бортовой искин был замешан в этой афере космических масштабов. Первым же делом Алекс попросил его проверить записи с визора шлема и описать, что он там видит. И искин описал – примерно теми же бессмысленными формулировками, что и Марти, когда тот рассказывал о «разбитом корабле пришельца». А когда Алексей попросил просто и ясно сказать ему, как выглядит эта «новая форма жизни», искусственный интеллект выдал глубокомысленное: «Определенно инопланетно».
Тогда инженеру в голову и закрались смутные сомнения по поводу того, что это лишь чья-то дурацкая шутка. В конце концов, Алекс не был человеком такого масштаба, чтобы ради сомнительного розыгрыша над ним объединялось так много людей. Даже чисто статистически было крайне маловероятно, чтобы все причастные одновременно обладали настолько дурным чувством юмора.