Алекс тихо сглотнул и, кажется, даже не приходя в себя, молча последовал совету. Он медленно протянул руку в направлении пустующей кровати и, глядя на нее пустыми глазами, слегка потряс кистью.
– Наш гость благодарит вас за проявленное радушие, а также за спасение его с места крушения, – с удовлетворением протянул голос искина. Или не было в нем никакого удовлетворения? Как не было и никакого трокса, которому инженер продолжал пожимать руку. Как вообще понять, что он пожимает руку, если даже не знает, как выглядит эта рука? Может, это и правда какой-то дурной сон, и нужно просто наконец проснуться. А для этого, всего-то и нужно…
– Петягин! – тяжелая ладонь внезапно легла на плечо инженера. В тот же самый момент злополучная петличка была с корнем вырвана из воротника.
– Ух! Черт! – Алекс резко отскочил почти на метр в сторону и теперь бешеными, безумными глазами пялился на Блондинчика, который, в свою очередь, смотрел на него со смесью испуга и недоумения.
– Ты как? В порядке? – встревоженно спросил он. – Выглядишь как-то скверно. Весь бледный, словно призрака увидел.
«Скорее ровно наоборот», – подумал Алекс.
– А ты не подкрадывайся так. Видишь, у меня тут… разговор важный! – Алексей украдкой взглянул на все еще дрожащую ладонь и поспешил спрятать в карман оторванный знак отличия. После чего, как бы невзначай, прикрыл воротник рукой и наигранно спокойно бросил:
– Ты чего здесь забыл?
– Тебя искал, – улыбнулся Марти, кажется, поверив в напускное спокойствие напарника. – Ну и еще хотел выразить уважение нашему гостю, конечно. Только нас двоих с тобой сюда и пускают – грех возможностью не воспользоваться. Я, кстати, кое-что на их языке уже выучил. Гляди.
Блондинчик слегка кашлянул, после чего сделал короткий выразительный поклон в сторону пустой кровати:
– Приветствую вас, любезный господин. Будьте нашим гостем.
Алексей скривил губы. Подобная слащавость и в обычной обстановке вызывала у него неприязнь, а в текущих обстоятельствах и вовсе выглядела как сумасшедший цирк.
– Ты же по-нашему это сказал, – сухо отреагировал инженер, даже немного радуясь возможности вернуться к хоть какой-то нормальности. – И чего ты выучил?
Марти многозначительно взглянул на койку, затем покачал головой и снова обратился к Алексею:
– Ты бы не перебивал – может, и понял бы. А фразу иска в базу уже, наверное, просто добавил.
Алекс непонимающе развел руками:
– Кого я перебил? Какую фразу?
– Какой ты грубиян, – фыркнул Блондинчик, а после хитро зыркнул на напарника, явно что-то затевая. – Знаешь, я ведь и с тобой на польском разговариваю. Ты хоть одно польское слово заметил? – он постучал пальцем по виску. – Чудесна жизнь с переводчиком в голове. Только вот как понять, что он вообще что-то переводит, если ты оригинала даже не слышишь?
Внезапно от диалога повеяло чем-то неприятным и уже знакомым Алексу, отчего ему стало слегка не по себе. Боковым зрением он все еще наблюдал идеально заправленную кровать по соседству.
– Когда я пришел, ты с искином разговаривал. На каком языке он тебе отвечал? И отвечал ли вообще? Может, это все у тебя в голове просто. Да и кого он тебе переводил? Ты с кем общался-то, Петягин?
Марти обвел руками небольшое помещение пустого медицинского блока. И без того расшатанную психику Алексея вновь качнуло в сторону. Что это сейчас происходит? Что это вообще за вопрос такой? Инженера вновь начинала накрывать волна паранойи и недоверия – к собственному разуму, к Блондинчику, к бортовому искину, да и ко всему человеческому роду заодно. Все пугающие мысли, посетившие его в последнее время, теперь возвращались разом. Тиннитус в ушах уже почти ревел непрекращающейся сиреной, как будто сигнализируя о чем-то таком, для понимания чего Алексею попросту не хватало мозгов.
От петлички на воротнике осталась только маленькая рваная дырка. Алексей беспомощно потирал пальцами ткань:
– В смысле с кем… С троксом этим.
– Каким еще троксом? – проговорил Марти, зловеще нависнув над ним, и затем практически шепотом, прямо в ухо, добавил: – Он же… спит.
– Что?..
Блондинчик чуть ли не поперхнулся своим смехом. Уже не в силах его сдерживать, он расхохотался в полный голос:
– Ох! Видел бы ты свою физиономию, Леха! Шучу, конечно. Не спит он вовсе, иначе как бы я с ним здоровался, а ты так уверенно перебивал? Хотя, ты глянь на этого уродца. Как тут поймешь, чем он вообще занят. Только не переводи это, иска!