— Улицы слишком узкие, нам не оторваться! — с сожалением отвечает кучер.
Становится ясно, что до хлебной лавки добраться мы уже не успеем.
Я понимаю, что мне срочно нужно действовать. Я делаю глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки и когда мне это удается, в голове появляется отчаянная мысль.
— Притормозите немного на следующем повороте! — кричу я, принимая сложное решение.
— Чего?! Зачем?!
— Просто сделайте! Пожалуйста!
Кучер недоуменно ворчит, но, сворачивая за угол, слегка сбавляет скорость. Этого достаточно. Я распахиваю дверцу, холодный воздух врывается внутрь, обжигая лицо.
«Сейчас или никогда, Лия!»
Страшно до дрожи в коленках. Прыгать из несущейся кареты?! Я же разобьюсь! Но оставаться – еще страшнее. Делаю глубокий вдох, зажмуриваюсь и… прыгаю!
Вываливаюсь из дверцы и лечу кубарем прямо в огромный сугроб у обочины. Снег смягчает падение, но все равно больно ударяюсь боком. Воздух выбивает из легких. На мгновение теряю ориентацию.
Но времени нет! Кое-как выбираюсь из сугроба, отряхивая налипший снег с платья. Карета уже умчалась дальше. А позади… топот копыт!
Не раздумывая, ныряю в ближайший темный переулок, вжимаясь в холодную стену. Сердце колотится так громко, что кажется, его слышно на всю улицу.
Мимо проносятся Гюнтер и Гейл на взмыленных лошадях. Они смотрят вслед карете, не замечая меня, затаившуюся в тени в паре метров от них.
«Пронесло…»
Как только они скрываются за поворотом, я выскальзываю из переулка и бросаюсь бежать в противоположную сторону. Куда – не знаю. Главное – подальше!
Бегу наугад, озираясь по сторонам, мимо смеющихся горожан, мимо лотков со сладостями и горячим вином. И вдруг… прямо передо мной, там, где только что была глухая стена дома, пустое пространство между двумя зданиями… начинает мерцать воздух.
Он уплотняется, искрится золотыми и синими искорками, и буквально из ничего возникает… небольшая деревянная лавка! С резной вывеской, на которой пляшут непонятные символы, и уютным окошком, из которого льется теплый свет.
Я застываю на месте, не веря своим глазам. Что за чертовщина?!
Ошарашенная этим, я замираю на месте, не в силах оторвать взгляда от этого неожиданного чуда или галлюцинации (я пока не решила чем оно является).
Однако, дальше происходит нечто совсем уж невероятное.
Дверь этой лавки вдруг распахивается, а у меня в голове звучит чей-то незнакомый голос:
“Сюда! Быстрее, сюда!”
Глава 8.1
Я ошарашенно пялюсь на внезапно возникшую лавку.
«Что это еще за фокусы такие?» — мозг отчаянно пытается найти рациональное объяснение, но после всего, что сегодня со мной произошло, появившаяся из ниоткуда лавака уже не кажется чем-то невероятным.
И все же, доверять незнакомому голосу в голове и соваться в эту странную лавку мне совсем не хочется. Это же прямой путь к новым неприятностям!
— Эй! Кажется, она побежала сюда!
Голос Гюнтера! Причем, совсем рядом!
Я в панике оглядываюсь по сторонам, сердце камнем летит вниз. Улица кажется пустой, но звук был очень близко! Они где-то здесь!
«Они знают город, Лия! А ты – нет! Тебе нужно укрытие! Прямо сейчас!» — паника подстегивает, заглушая остатки здравого смысла.
Выбора нет.
Какой бы странной ни была эта лавка, похоже, что это единственный шанс спрятаться. Резко выдохнув, я бросаюсь к двери и дергаю ручку.
Дверь легко поддается, и я вваливаюсь внутрь.
БАМ!
Как только я переступаю порог, дверь с громким стуком захлопывается за моей спиной. Я подпрыгиваю от неожиданности и тут же оборачиваюсь, пытаясь открыть её. Ручка не поддается. Я тяну сильнее, но дверь заперта наглухо.
Стучу кулаком, но все без толку. Такое ощущение, будто дверь стала частью стены.
— Эй! Откройте! Выпустите! — кричу я, но голос тонет в гулкой тишине. — Что происходит?!
Оглядываюсь, пытаясь проморгаться после яркого уличного света. Внутри царит полумрак. Воздух густой, пахнет пылью, сушеными травами и чем-то еще – странным, сладковато-терпким, от чего слегка кружится голова.
Похоже, что эта лавка заброшена. Вдоль стен тянутся высокие стеллажи, заставленные пыльными склянками с мутным содержимым, связками сушеных трав, потускневшими амулетами и кристаллами, подернутыми паутиной. На прилавке валяются старые свитки, какие-то странные инструменты.
Свет проникает только через одно грязное окно и тускло мерцает в некоторых кристаллах на полках, создавая жутковатую, таинственную атмосферу. Тишина давит на уши.