Я стою, не в силах поверить в то, что только что услышала. Элизара? Настоящая Элизара… сама предложила Рутгарду этот чудовищный план?
Искать девушек, чтобы они снимали с него проклятье, рискуя своими жизнями? Голова идет кругом.
Прежде чем я успеваю что-то ответить или хотя бы переварить эту шокирующую информацию, к нам подходит торговец. В руках у него увесистый наплечный мешок из грубой кожи.
— Вот, госпожа, ваши ингредиенты, — ворчит он. — Мешок в счет большого заказа. С вас… — он называет сумму, и я, все еще находясь в шоке от слов Рутгарда, молча передаю ему кошелек и забираю сдачу.
Это хороший шанс, чтобы уйти, прервав этот неудобный разговор с Рутгардом.
— Благодарю, — холодно киваю я торговцу, забирая мешок.
Затем поворачиваюсь к Синей Бороде.
— Прошу прощения, герцог, но у меня еще много дел. Всего доброго.
И, не дожидаясь ответа, резко разворачиваюсь и иду к выходу, чувствуя его прожигающий взгляд спиной.
Выйдя на улицу, я несколько минут просто иду вперед, пытаясь унять бешеное сердцебиение и привести мысли в порядок. Элизара… Рутгард… проклятие… Все это смешивается в голове в какой-то чудовищный коктейль.
Рассказать ли Альме о том, что я узнала? Что его любимая хозяйка, возможно, не такая уж добрая и заботливая, какой он ее описывал? Или пока промолчать? И если расскажу, как он отреагирует? Он ведь так предан Элизаре…
А что если Рутгард вообще имел в виду что-то другое и я его неправильно поняла?
«Гримуар», — мысленно зову я книгу, — «Можешь что-нибудь сказать по этому поводу? Вдруг ты что-то знаешь?»
И гримуар мне действительно отвечает. Только не то, что я спрашивала.
«Осторожно, новая хозяйка! За нами следят!»
Я резко останавливаюсь, сердце снова ухает в пятки. Следят?! Неужели опять Рутгард?!
Оглядываюсь по сторонам, пытаясь высмотреть его темную высокую фигуру. Но вместо герцога мой взгляд цепляется за двух хмурых, крепко сбитых мужчин в неприметной одежде, которые стоят у стены соседнего дома и неотрывно смотрят на меня. Их лица скрыты в тени капюшонов, но я чувствую исходящую от них угрозу.
Поймав мой взгляд, они переглядываются и решительно направляются ко мне, ускоряя шаг.
Паника!
Я разворачиваюсь и бросаюсь бежать, прижимая к себе мешок с ингредиентами и гримуар.
«Кто это такие?! — мысленно кричу я гримуару. — Люди Рутгарда или какие-нибудь воры?!»
Но книга молчит, словно воды в рот набрала. Черт! Вот всегда она так!
Я бегу, не разбирая дороги, сворачивая то в один переулок, то в другой, но преследователи не отстают. Они явно знают город лучше меня и быстро нагоняют. Я слышу их тяжелое дыхание за спиной.
— На помо…
Хочу закричать, кинувшись в ближайшую подворотню, но один из них перехватывает меня, грубо хватая за руку. А второй зажимает мне рот грязной ладонью, обрывая крик.
Меня куда-то тащат, я брыкаюсь, пытаюсь вырваться, но они слишком сильные.
Темнота подворотни сменяется сырым запахом подвала. Меня грубо вталкивают вниз по скользким ступеням, и я оказываюсь в тускло освещенном помещении. Дверь за нами с грохотом захлопывается. Мне грубо впихивают в рот кляп из какой-то грязной тряпки и толкают на холодный каменный пол.
Когда глаза немного привыкают к полумраку, я вижу своих похитителей. Их трое. Двое – те самые, что гнались за мной по улице. Рослые, плечистые, с грубыми, обветренными лицами и пустыми, холодными глазами. Одеты в потертые кожаные куртки, на поясах – короткие мечи.
Третий, очевидно, их главарь. Он чуть ниже ростом, но шире в плечах, с массивной челюстью и шрамом, пересекающим левую бровь и теряющимся в густых, спутанных волосах. На нем богато украшенный, но изрядно поношенный камзол. На его лице — жестокая усмешка.
Он медленно подходит ко мне, наклоняется, буравит меня подозрительным взглядом.
— Ну, здравствуй, Элизара, — его голос – низкий, скрежещущий, как будто по железом скоблят по камню. — А я уж было не поверил своим ушам, когда сказали, что ты снова объявилась в городе. Ведь я и мои ребята, — он кивает на остальных головорезов, — лично поймали тебя и отвели к Морване. Так откуда ты здесь взялась? Неужели, сбежала?
У меня внутри все холодеет. Неужели, это те люди, которые виноваты в исчезновении Элизары?
Я отчаянно мычу, пытаясь сказать, что я не та, за кого они меня принимают. Но главарь внезапно быстрым движением вытаскивает из-за пояса нож и приставляет ледяное лезвие мне к горлу. Меня тут же охватывает дикий ужас.