— Завтра ты и так придешь, — отрезает он, его синие глаза холодно блестят. — И послезавтра. И так далее, пока все здесь не будет как раньше. А ключи я не отдам до тех пор, пока не увижу реальных результатов и твоего раскаяния. Видимо, ты решила, что раз тебя нельзя уволить по этому идиотскому контракту, то тебе все дозволено? Так знай, что академия – не проходной двор! И мое терпение – не бесконечно! Так что, до встречи. Может, это научит тебя ответственности.
Я стою на месте, отрешенно глядя на декана, а внутри меня бурлит целый ураган эмоций. Обида на Селину за то, что умудрилась настроить против себя все начальство. Возмущение на Мариуса за то, что отказывается меня слушать и явно превышает свои полномочия. Шок и непонимание куда делся Дориан. По крайней мере, мимо нас он точно проскочить не мог. Ну не ветром же его сдуло, в самом деле.
Но сильнее всего на меня наваливается растерянность. Мало того, что я оказалась в совершенно незнакомом для себя мире, в странной — можно даже сказать, нелепой – ситуации, так я же еще совершенно не понимаю что мне со всем этим делать. Как во всем разобраться?
И тут… за нашими спинами раздается спокойный, низкий, до боли знакомый голос, в котором звенят стальные нотки власти:
— Торн! Что за шум на всю академию? И что, дьявол побери, за спектакль ты тут устроил?
Глава 13
Голос – низкий, властный, с ледяными нотками, которые заставили бы и статую горгульи замереть по стойке смирно. Я резко оборачиваюсь.
На пороге библиотеки, освещенный тусклым светом магических светильников, стоит он. Ректор Грэйвен Валкориан.
Высокий, плечистый, в иссиня-черной мантии, которая выглядит так, будто ее только что соткали из грозовых туч. Руки скрещены на груди, темные глаза сверкают недовольством, а лицо… на нем застывает выражение крайнего неудовольствия и решимости навести порядок.
Даже декан Мариус Торн как-то сдувается под этим взглядом. Его праведный гнев моментально угасает, сменившись , как мне показалось, нервной почтительностью.
— Ректор Грэйвен, — произносит он, стараясь придать голосу твердости, но получается не очень. — Фэй… она снова саботирует мои распоряжения! Вместо того чтобы приводить библиотеку в порядок, она…
— Она носится по коридорам с криками, Торн? — перебивает ректор, его голос сочится льдом. — И это показалось тебе достаточным основанием, чтобы превысить свои полномочия и вышвырнуть преподавателя на улицу? Ты не находишь это чрезмерным?
У меня внутри что-то радостно подпрыгивает! Ну наконец-то! Нашелся хоть один нормальный человек… э-э-э, то есть, дракон (внезапно всплывают в памяти слова студентов), который видит абсурдность ситуации!
Благодарность к ректору поднимается теплой волной. Может, он и страшный, и властный, но, похоже, справедливость для него все-таки не пустой звук!
Декан Торн багровеет от такого прямого обвинения.
— Но, ректор! Как мне еще поступать, если Фэй абсолютно неуправляема?! Вместо того чтобы убирать здесь после своего студента, она устроила еще больший погром!
— Неправда! — возмущенно встреваю я, пользуясь моментом и поддержкой ректора. — Господин ректор, я не нарочно! Я действительно убиралась! Но сюда пришел… один мужчина! И он… начал ко мне приставать! Я испугалась, побежала, позвала на помощь… ну и да, случайно опрокинула пару стеллажей. Но я не специально! И я не отказываюсь от своих обязанностей, в конце концов!
— Пару стеллажей?! — взвивается Торн, снова забыв о присутствии начальства. — Да ты тут все вверх дном перевернула! Сломала даже то, что твой драконыш не доломал!
— Достаточно! — голос ректора не становится громче, но в нем появляется такая стальная мощь, что и я, и декан мгновенно замолкаем. — Этот балаган мне надоел. Торн, отдай мисс Фэй ключ от ее комнаты.
— Но, ректор, она…
— Ключ, Торн! — повторяет ректор с нажимом, и его темные глаза опасно сужаются. Декан съеживается, понимая, что спорить бесполезно. Скрипнув зубами, он вытаскивает из кармана своей мантии ключ и раздраженно швыряет его мне.
Я ловлю ключ, и по телу разливается волна чистого, незамутненного счастья! Ура! Теперь мне хотя бы крыша над головой на эту ночь обеспечена и не придется лихорадочно соображать где бы мне переночевать!