От него исходит ощущение власти и силы, что-то первобытно-мужественное, и я, кажется, впервые в жизни теряю дар речи перед противоположным полом. Мой внутренний голос судорожно пытается отыскать хоть какие-то привычные слова вроде «здравствуйте, Александр Петрович», но тут понимаю: ни о каком «Александре Петровиче» речи не идёт.
Этот человек – явно не наш нервный директор в мятом костюме и с вечными криками «Вы все у меня будете уволены!».
– Мисс Фэй? – произносит он низким, хорошо поставленным голосом. Даже голос у него словно у героя голливудского блокбастера, – Могу я наконец узнать причину столь бурного вторжения?
В голове у меня вспыхивает мысль: «Мисс Фэй? Да они, что ли, все сговорились?!»
Однако, другая часть меня все же начинает потихоньку понимать, что это не обычные школьные выходки и даже не спектакль, а… а вот что я пока сказать не могу.
– Э-э… – выдыхаю я, чувствуя, как щеки заливает краской. – Простите, я просто… это…
Господи, София, соберись! Ты же учитель с двадцатилетним стажем!
– Простите, – повторяю уже более твёрдо, – Кто-то попытался сорвать мой урок. Устроил пожар… ну, или, по крайней мере, дымовую завесу. Притащили какой-то котел, прямо в классе развели костер, представляете? Все это едва не обернулось катастрофой! Не понимаю, как вообще допустили такой бардак! Не говоря уже о том, что куда-то подевался весь мой седьмой “вэ”! – Говоря это, я чувствую, как во мне пробуждается моя обычная учительская «категоричность». – В таких условиях просто нельзя работать!
Он слушает меня с нарастающим недовольством, брови сдвигаются к переносице, взгляд становится всё более строгим и тяжёлым. Складывается впечатление, что от его сурового выражения в кабинете понижается температура.
– Вы серьёзно полагаете, мисс Фэй, что я поведусь на этот ваш очередной фарс? – внезапно ректор поднимает голос.
– Фарс? – переспрашиваю я, растерянно хлопая глазами.
– Но, признаюсь, в этот раз я почти поверил. А теперь, выйдите за дверь и возвращайтесь к своим обязанностям.
Его голос обжигает холодным металлом, и я машинально делаю полшага назад.
– Но подождите… я совершенно не понимаю, к чему вы клоните, – говорю уже чуть менее уверенно. – Какой фарс? Я правда не знаю что тут происходит. Может, прежде чем выгонять меня, объясните что тут творится? Почему вместо одной школы я оказываюсь в другой, что с моими учениками и где Александр Петрович.
– Хватит! – мужчина резко поднимает ладонь, я вздрагиваю и в этот самый момент ощущаю насколько он может быть опасен. Причем, это не фигура речи. Где-то в глубине меня просыпается инстинкт, который говорит, что лучше не доводить его. Если этого человека разозлить, мне придется несладко. – Я больше не намерен слушать ваши нелепые отговорки! Сколько бы вы ни устраивали этих “представлений”, – он кривит губы, – я вас все равно не уволю!
Он с такой силой ударяет ладонью по столу, что рядом стоящий чернильный прибор подскакивает, а я чувствую, как у меня на затылке волосы встают дыбом.
– Вы связаны магическим договором с академией! – продолжает он с явным раздражением, – и обязаны преподавать здесь до самого конца срока вашего контракта! Вы лучше всех это знаете! Так что прекратите ломать комедию, мисс Фэй!
– Какой-какой… договор? – растерянно спрашиваю я, глядя на него круглыми глазами. – Но… я правда ничего не подписывала. Может, вы меня с кем-то перепутали? Понимаете? Я София…
Но любые мои попытки объясниться разбиваются о суровый взгляд мужчины. Он молча складывает руки на груди и меряет меня напряженным взглядом. У него на лице явственно читается «мое терпение лопнуло», и даже воздух в кабинете словно сгущается, как перед грозой.
– Ответьте честно, – внезапно, роняет он мне, продолжая сверлить взглядом, – Вы решили активизировать свои потуги на увольнение, потому что тоже получили письмо из Магического совета?
– Что? Какое письмо? Какой совет? – мотаю я головой, хотя внутри нарастает странное, щемящее ощущение.
Самое страшное, что вдруг осознаю: я, похоже, действительно не в своей привычной школе. Это уже не случайность, не розыгрыш… Меня затянуло куда-то в другую реальность, в другую вселенную.