Он с удивлением смотрит на меня. — Какая, мисс Фэй?
— Поспрашивай, пожалуйста, у своих знакомых, у студентов… Не замечал ли кто-нибудь в последнее время в академии какие-нибудь… странные предметы?
— Странные предметы? — он хмурится. — Какие именно?
Вот как ему объяснить, чего я сама толком не понимаю? Прямо говорить про проклятые артефакты не хочется – испугается еще, панику поднимет. А мы пока даже не знаем есть ли они на самом деле.
— Ну… знаешь… — подбираю я слова. — Такие, которые как бы не на своем месте. Или от которых… не по себе становится. Может, какая-нибудь старая вещица, которая вдруг ни с того ни с сего появилась. Или предмет, от которого веет чем-то неприятным. Зловещим. Как будто он приносит неудачу… только в больших масштабах. Понимаешь?
Келан задумчиво кивает.
— Кажется, да. Что-то вроде дурного талисмана, только мощнее? Хорошо, мисс Фэй, я поспрашиваю. Постараюсь.
— Спасибо, Келан, — я благодарно ему улыбаюсь.
Келан сглатывает и осторожно спрашивает:
— А вы думаете… это может быть как-то связано с… ну… с тем, что со мной случилось? С «Лирой»?
— Все возможно, Келан, — с тяжелым вздохом отвечаю я. — Все возможно…
По крайней мере, в этом странном мире и в этом странном месте уж точно.
Через какое-то время я отпускаю Келана, а сама остаюсь разбирать книги, погруженная в свои мысли. Работа, конечно, не из приятных – пыль, сажа, запах гари. Но с другой стороны, самое то, чтобы подумать.
Проклятый артефакт… Где его искать? Как он может выглядеть? И, если дело действительно в нем, то кто его подбросил? Вопросов больше, чем ответов.
Внезапно тишину библиотеки нарушают чьи-то шаги и бодрый голос. В читальный зал входит невысокий, полный мужчина в ярко-зеленой мантии, расшитой золотыми листьями.
Волосы у него рыжие, курчавые, на носу – очки-половинки, а от него самого исходит сильный аромат каких-то экзотических трав и цветов. Похоже, преподаватель травологии или зельеварения.
— Элиандр, дорогой мой! — громогласно восклицает он, направляясь к магистру. — Ну как ты тут?
Магистр Элиандр, до этого момента с тяжелым вздохом оборачивается, держа в руках только что поднятый с пола свиток.
— Ах, это вы, профессор Фирбс, — вздыхает он. — Да вот… сами видите.
— Нда, — обводит профессор тяжелым взглядом разгромленную библиотеку, — Страшно подумать сколько времени уйдет, чтобы все привести здесь в тот же вид, что и раньше. Особенно, с учетом того, что академия, по сути, буквально на волосок от закрытия. Может и не надо ничего здесь прибирать?
— Вы пришли за чем-то конкретным? — весьма холодно интересуется Элиандр. Как мне показалось, ремарка Фирбса его задела. ну или Элиандр просто трепетно относится к этой библиотеке. — Что же касается академии, пока рано списывать ее со счетов. Пока господа из Магического Совета не подписали указ о закрытии академии мы будем работать, а, значит, приведем в порядок не только библиотеку, но и все что потребуется.
После таких слов я чувствую как у меня к Элиандру просыпается уважение. Вроде простой библиотекарь, а как поставил на место этого травника!
— Да, — фыркает Фирбс с обиженным видом (наверно, обиделся, что Элиандр не поддержал его разговор), — мне понадобился трактат по редким травам. Он уцелел?
— Сейчас посмотрю…
Пока Элиандр копается среди уцелевших книг, Фирбс зачем-то продолжает этот явно неуместный разговор.
— Мне бы вашу уверенность, Элиандр! Или вы не слышали, что буквально вчера в академию приезжал один благородный господин, которому по силам было решить все проблемы академии, связанные с советом? А слышали куда Грэйвен его послал? — Фирбс заливается смехом, правда, этот смех звучит безрадостно, может даже как-то обреченно. — Такими темпами наш ректор против себя настроит всех вокруг.
При упоминании Совета и проблем ректора у меня в голове снова всплывают слова того таинственного мужчины из кабинета мисс Тарн: «После того, ЧТО этот Грэйвен сделал, я и сам готов закопать его живьем!»