— Претензии? — настороженно переспрашиваю я.
— Да. Организовать нормальное обучение. Вернуть сбежавших студентов. Навести порядок. И… — он делает многозначительную паузу, — разобраться с проклятьем.
— С чем-чем, простите? — Я хлопаю ресницами, уверенная, что ослышалась. — С проклятьем? Вы сейчас пошутили, да?
Я нервно хихикаю, ожидая, что он сейчас тоже улыбнется и скажет, что это просто такая местная идиома для обозначения череды неудач. Но Ректор смотрит на меня абсолютно серьезно. Даже с каким-то укором.
Мамочки мои. Кажется, он не шутит.
Я судорожно разворачиваю смятое письмо, которое все еще держу в руке. Лихорадочно пробегаю глазами по строчкам, ища подтверждение его словам.
Ага, вот оно! «…В связи с продолжающимися жалобами студентов Академии на проклятье…»
Как я могла это пропустить?! Наверное, была слишком шокирована перспективой стать чьей-то замороженной закуской. И даже не заметила что тут, оказывается, еще и проклятье в комплекте!
Ну просто отлично! Шок накатывает с новой силой, смешиваясь с какой-то истерической растерянностью. Куда я попала?
— И что это… за проклятье? — шепчу я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
Ректор снова буравит меня тяжелым, подозрительным взглядом.
— Мисс Фэй, я настоятельно рекомендую вам все-таки посетить медсестру. Немедленно. Забыть о проклятье, о котором гудит вся академия… это уже слишком.
Он устало трет виски, но все же продолжает, хотя и с явной неохотой:
— Злые языки распускают слухи, будто на эту академию наложено проклятье. Я лично обследовал каждый камень, каждый артефакт – но не нашел никаких следов посторонней магии. Уверен, это чьи-то происки, возможно, того же Громгара, чтобы окончательно развалить это место. Но… некоторые студенты верят слухам. А кто-то даже убеждает себя в том, что уже проклят.
— И чего же они боятся? — не унимаюсь я.
— А в том то и дело, что никто не знает. Больше всего их пугает неизвестность. Хотя, есть один слух, который повторяется чаще обычного. Что проклятие может быть как-то связано с неразделенной любовью. Впрочем, это тоже, скорее всего, лишь выдумка. — Он пожимает плечами, и в его глазах мелькает усталость. Кажется, вся эта ситуация ему порядком надоела. — В любом случае, мисс Фэй, я не намерен отдавать эту академию Совету на растерзание. Слишком много сил я вложил в ее восстановление.
Он выпрямляется, и в его голосе снова звенят властные нотки.
— Так что займитесь своими прямыми обязанностями – преподаванием алхимии. Верните студентов в аудитории и не дайте разбежаться тем, что остались. А если уж так хотите помочь… и избежать участи стать ледышкой… попробуйте выведать у учеников, что им известно об этом так называемом проклятье. Может, кто-то из них знает что-то существенное, чем противоречащие друг другу домыслы.
Слова Ректора неожиданно зажигают во мне искру.
Он не сдается! Он собирается бороться за свою академию! А значит, и у меня есть шанс не только избежать Ледяной Бездны, но и, возможно, продержаться здесь до тех пор, пока я не пойму, что со мной стряслось и как вернуться домой.
К моим ученикам, к контрольной по литературе, к привычной и понятной жизни.
Внутри зарождается странное чувство то ли азарта, то ли решимости. Я обязательно помогу ему! Мы с ним теперь вроде как в одной лодке. Против Громгаров, Совета и загадочного проклятья.
— Хорошо, господин Грэйвен, — говорю я уже тверже, расправляя плечи. — Я вас поняла. Я займусь этим. И преподаванием, и… расследованием.
— В таком случае, можете быть свободны, — отмахивается от меня как от назойливой мухи Грэйвен и тут же теряет ко мне всякий интерес.
Я решительно киваю и, развернувшись, направляюсь к выходу. Раз уж я оказалась здесь заперта, то нужно и правда вернуться вернуться к своим «алхимикам». Кто знает, чем они там решили заняться за время моего отсутствия?
Я толкаю тяжелую дубовую дверь, выхожу в гулкий коридор со светящимися шарами и почти бегом направляюсь обратно к классу.