Неожиданно Демид уселся справа от меня и дерзко схватил мой пирожок, откусывая сразу половину.
— Эй! — вскрикнула я, потянувшись за остатками. — Это что, теперь всегда так? Будешь воровать мою еду?
Он чуть наклонился в сторону, не отдавая пирожок, и с улыбкой утвердительно закивал головой.
— Милка, возьми нам что-нибудь! — Артём громко крикнул, чтобы девушка его точно услышала, и вся столовая обернулась.
— Отдай, это моё, — я попыталась выхватить булочку обратно.
— Тебя жизнь ничему не учит, да? — весело сказал Артём, смотря на Демида.
— Вот именно, — я согласно кивнула.
— Не-а, не посмеешь.
Катя хмыкнула.
— Спорим? — спросила я, но всё равно улыбнулась.
Его пальцы всё ещё держали мою булочку.
— Вкусная, кстати.
— Угу, а была бы твоя, вообще бы отличной показалась, — сказала я, качнув головой.
Он чуть склонился ко мне ближе.
— Не бурчи. А то в следующий раз и чай выпью.
— Только попробуй, — тихо сказала я, пододвигая кружку ближе к себе.
Милла вернулась с подносом и поставила его на центр стола.
— Теперь всем хватит.
Демид взял с подноса ещё одну булочку и, как ни в чём не бывало, протянул её мне. Я отщипнула четверть, стараясь сделать вид, что всё абсолютно естественно. Но краем глаза заметила, как Милла наблюдает за нами с лёгкой, почти незаметной улыбкой. Будто увидела то, чего он очень не хотел бы выдавать на публике.
Я уже открыла рот, чтобы сказать что-нибудь нейтральное, но Демид опередил меня:
— Кстати, Тёма, слышал, что у нас лабу перенесли? — обронил он нарочито громко, глядя на всех сразу.
Он будто ножом перерезал тонкую паутину намёков, и все дружно перевели внимание на новую тему. А я поймала себя на мысли: вот так это у него всегда и будет? Стоит кому-то заметить лишнее — и он спрячется за разговором о «лабораторной работе» или чем-то другим?
После обеда мы разошлись, и в этот раз я, специально уходя, даже не взглянула на него. Пусть. Хочет прятаться? Попрячемся. Неделю. Даю ему неделю. А потом его машину придётся везти не на перетяжку, а прямо на металлолом. И я лично прослежу, чтобы её приняли как вторсырьё.
*********
Демид
Мы с Артёмом стояли возле машины Софи. Он косился на меня, будто собирался задать лишний вопрос.
— Заметил, Игорь так и не появился? — Он щёлкнул зажигалкой и затянулся.
— Насрать вообще, — ответил я. — Я врезал ему вчера.
— Правой?
— Левой.
— Надо было правой, — хмыкнул он.
— Заслужил.
Промолчал через боль сжимая правую руку в кулак и разжимая обратно.
— И всё же, — после паузы сказал Тёма, — его вытаскивать надо.
Я весь вечер и утро гонял эту мысль, но раздражение только крепло. Игорь поступил мерзко — и по отношению ко мне, и к Милле, и к Софи. Именно из-за него тот урод прошёл по билету на вечеринку. Да, возможно, проскользнул бы и так — на фейсконтроле стояли пьяные перваши. Но Игорь-то делал вид, что «следит» за Миллой.
— Может, он и конченый, но он наш друг, — не сдавался Артём.
— Был, - коротко ответил ему, выдыхая сигаретный дым.
— Может, у него не было выбора.
— Тьфу, блядь… Тема, выбор есть всегда, у него было четыре года чтобы обратиться к нам за помощью, — я сжал зубы. — И вообще, ты в курсе, что он бывший торчок?
— Нет, — замялся Тёма. — Я знал что он по траве, про тяжелое не знал.
— Ты куришь с ним?
— Раз-два в месяц, не чаще.
— Завязывай с этим дерьмом, — отрезал я. — Лучше спортом займись.
Он промолчал.
— Я не знаю, чем помочь, — сказал я наконец. — Даже если бы хотел. А я не хочу!
Он опустил глаза, потом выдал почти шёпотом:
— А если к твоему отцу?
— Ты прикалываешься? — я зыркнул на него.
— Я хоть что-то предлагаю.
— Чтобы попросить отца, придётся всё расказать. Моему отцу. Понимаешь? Игорю было плевать на меня и моих близих. Почему мне должно быть не плевать на него?
— Ну… лучше так, чем если он отлетит лет на десять, — пробормотал Тёма.
- Ну вот иди и попроси помощи у своего бати.
— У меня в семье все профессора, помочь некому. А если отец узнает, он его еще и исключит лишь бы не испортить репутацию универа.