Дойдя до моей машины, подруга коротко махнула рукой и пошла к своей.
Я села, закрыла дверь, пристегнулась. В салоне было тихо. Включив музыку, чуть прибавила звук — так, чтобы заглушить мысли. Машина мягко тронулась с места.
На выезде с парковки я почему-то всё же обернулась — просто на секунду, без особого смысла. И столкнулась взглядом с ним. Демид стоял, лениво прислонившись к борту автомобиля, и смотрел в мою сторону. Без улыбки, без слов. Просто — смотрел.
Я быстро отвернулась, сделав лицо максимально безразличным. Надеясь что он не увидел того, что я смотрю на него.
Передача. Газ. Вперёд.
Глава 5
Софи
Всю ночь лил дождь. Только под утро затих — словно выдохся. Настроение было под стать погоде: сырое, хмурое, раздражённое. Осенний холод уже ощутимо пробирался сквозь тонкие ткани, а асфальт сиял грязным зеркалом под серым небом.
Катя уже ждала меня на выезде.
Увидев её, я непроизвольно осмотрела подругу с головы до ног. Белые брюки, белые кроссовки, светлая рубашка и белое пальто — тонкое, как молочная пенка на кофе.
— Ну ты и вырядилась, — заметила я, пристёгивая ремень. — Дождь лил всю ночь. В городе, скорее всего, потоп.
— Ну я же на машине, — невозмутимо ответила девушка, - зато у меня помада водостойкая.
Последний раз она брала свою машину в первый день учёбы. Всю остальную неделю с благородной самоотверженностью преодолевала тридцатиметровое расстояние от своего дома до моего — пешком. Катя почему-то не любила водить. На мои вопросы "почему" всегда отвечала "просто это не мое".
Как и предполагалось, в городе была каша. Машины ползли по затопленным улицам, с опаской объезжая лужи — или скорее, замаскированные ямы, предательски скрытые в коричневой жиже. Спасибо, дорогие автодорожники.
До университета мы добрались со звонком. Кто-то крикнул, что мы опоздали. Припарковалась в самом конце стоянки — чтоб потом не стоять в многолетней очереди выезжающих машин. Если честно я все еще побаивалась парковаться между машинами. Парковаться еще ничего, а вот потом сдавать назад. Для меня это было сложно.
— Везде вода, — выругалась Катя, выходя из машины. — Мои кроссы… Есть салфетки?
— В бардачке посмотри и пойдём быстрее, — буркнула я, захлопывая дверь.
Парковка уже почти опустела — студенты давно были в своих аудиториях. Ветер гнал мутные потоки воды вдоль бордюров, воздух пропах мокрым асфальтом и грязью.
Подруга шла аккуратно, обхоя даже самые мелкие лужи, что делало наш поход от машины до здания просто бесконечным. В отличие от Кати, мой лук был куда скромнее: чёрные кроссовки, чёрные джинсы, тёмная водолазка и красная джинсовка.
Я шла рядом и нервно поглядывала на часы.
И тут — услышала звук двигателя. Где-то вдалеке.
Кажется, ещё один несчастный не додумался выехать пораньше. Сначала гул был далёким, но стремительно приближался. Я обернулась. Машина вылетела с поворота, промчалась мимо — и, как назло, прямо по луже.
Первое, что я услышала, — оглушительный визг Кати.
Брызги взлетели фонтаном и обрушились на нас, накрывая с головы до пят: лицо, волосы, джинсовка — всё в каплях грязной воды.
— Блядь. — закричала девушка, поворачиваясь ко мне.
— да что же это, — выдохнула я, моргая и стараясь не трясти головой, чтобы не заляпать ещё больше.
— Ты посмотри на меня! — Катя повернулась ко мне. Правая половина её тела — от плеча до щиколотки — была щедро залита тёмной жижей. На фоне белой одежды это выглядело особенно контрастно
— Что за бессмертный кретин это сделал?!
Мы синхронно обернулись — вслед тому самому гонщику.
На первой полосе парковки только что остановилась чёрная машина. Из неё неспешно вышел парень и направился в сторону университета, даже не обращая на нас внимания.
Демид Долматов. Конечно.
— Ну я ему покажу! — зашипела Катя и, не обращая внимания на лужи, с боевым видом направилась в сторону машины.
— Подожди, что ты собираешься делать?
— Увидишь, — бросила она через плечо.
— Может, не стоит? — сделала попытку остановить её, но подруга уже не слышала. Или не хотела слышать.
— Это каким надо быть уродом, чтобы так обдать людей и просто проехать мимо! - Причитала она.
У машины Катя рывком достала из сумочки красную помаду, открутила колпачок и подошла к лобовому стеклу.
— Ты понимаешь, что за вандализм наказывают? — снова попыталась образумить её.
Что-то подсказывало: разбираться с последствиями придётся мне.
— Пусть сначала научится не обливать людей грязью, — огрызнулась она, не отрываясь от стекла. — Я эту одежду теперь даже в химчистку не сдам — бесполезно. Так что пусть теперь он помучается.