Она убрала руку. Медленно. Спокойно.
— Понятно, — сказала она, открывая дверь машины. — Забудь.
В этот момент рядом припарковался Артём. Софи вышла, закрыла дверь — аккуратно, без хлопка — и пошла навстречу Милле.
Я смотрел ей вслед.
— Невыносимая, — выдохнул я себе под нос.
Вышел из машины. За какие-то несколько секунд, пока я не видел её лица, она умудрилась перестроиться. Уже улыбалась, что-то говорила Милле про какой-то модный трюк для фотосессии, жестикулировала.
Выбесила меня, обиделась — и тридцать секунд спустя как будто ничего не было. Я всё ещё не понимал, как она это делает.
— Чего завис? — Артём хлопнул меня по плечу.
Я не ответил. Двинулся ко входу.
Мы заказали еду. Милла, как всегда, налегала на десерты — панна котта, кантуччи, ещё что-то, что я даже не запомнил.
— Это всё моё! — заявила она, пододвигая тарелки к центру стола. — А вы даже не смотрите?
— Милл, в тебя не влезет, — сказал Артём.
— Ладно, разрешаю Софи мне помочь.
Софи улыбнулась — вежливо, спокойно — и взяла ложку.
— Очень вкусно, — сказала она Милле. Та просияла.
Артём рассказывал что-то про свою работу, Милла перебивала, смеялась. Обычный разговор. Софи включилась почти сразу. Отвечала, шутила, задавала вопросы. Как будто в машине ничего не было. Ни напряжённого молчания, ни её холодного «забудь», ни того, как она вышла, даже не хлопнув дверью.
Она даже на меня посмотрела пару раз. Улыбнулась. Краем губ, без тепла — и сразу отвела взгляд. Как будто проверила — смотрю ли я.
Я смотрел. И бесился. Потому что не мог понять: она правда успокоилась или просто играет? Точно играет. Или нет?
Милла тем временем переключилась на какую-то фотосессию.
— Нам нужны новые платья, — сказала она, глядя на Софи. — Ты как? Есть идеи?
Софи отложила ложку.
— Вообще-то да, — сказала она спокойно. — Помнишь бомбочку, которой я испортила Демиду машину? Я немного её изменила. Больше нет того запаха, есть только цвет. Он за тридцать секунд перекрашивает подол платья. Можно сделать плавный градиент. Но Катя запретила мне распространяться, пока она первая не сделает фотосессию.
— Что? — Милла вытаращила глаза. — Я хочу. Когда?
— Вообще-то на этих выходных. Катя после маникюра должна быть в торговом центре — через полчаса, выбирать платье, — сказала Софи. — Если хочешь, можем встретиться с ней.
— Тогда на такси? За машинами?
Девчонки быстро вызвали такси и спустя пять минут уже садились в него. Я смотрел через окно ресторана, как Софи открыла заднюю дверь, как Милла нырнула следом, как машина растворилась в потоке.
Мы сидели за столом. Я допил остатки кофе — горького, уже холодного. Поставил чашку, крутанул её на месте.
— И что происходит? — спросил Артём.
— Ничего. Всё норм.
— Знаешь, как выглядит твоё «норм»? — он кивнул в сторону места, где сидела Софи. — Весь обед молчишь и зыркаешь на неё так, будто она слила твой бензин, а теперь предлагает подтолкнуть машину.
Я усмехнулся. Метко.
— Она хочет, чтобы я поговорил с Полей.
— С какой?
— С бывшей.
Артём приподнял бровь, взял мою чашку, поднёс к носу, поставил обратно.
— У тебя были бывшие?
— Не начинай.
— Ладно, — он откинулся на спинку. — И чего она хочет?
Я постукивал пальцами по столу. Секунду. Другую.
— Чтобы я объяснил Поле, что дело не в ней, а во мне. Что я был уродом, и она в этом не виновата.
— А ты не был уродом?
— Бля, ну только ты не начинай, — сказал я. — Поля всё, тема закрыта. Зачем ворошить и идти что-то прояснять? Какой смысл?
Артём наклонился вперёд, опёрся локтями о стол.
— Ну допустим, Поля по тебе страдает. И тебе нужно сказать: «Поля, я урод и козёл». И ей станет легче. Так почему нет?
— Ты серьёзно?
— Вообще-то да. С тебя что убудет? Пять минут. Зато минус конфликт и успокоение двух девушек одним действием. Считай, джекпот.
Я смотрел на него. Он смотрел на меня.
— Ты издеваешься? - спросил у него смяная салфетку в своей руке.
— Ни капли. Весь конфликт из-за того, что ты не хочешь сказать одной девушке, что ты мудак. А она и так это знает.
— Спасибо, друг.
— Пожалуйста. — Он кивнул и вдруг посмотрел серьёзно. — А вообще, ты хоть удосужился узнать, почему она на этом настаивает?
Я отодвинул чашку. Сцепил пальцы в замок.
— Она сказала что-то о том, что будет с ней, когда мне всё это наскучит, — процедил я.
Артём выпрямился, отодвинулся от стола, закинул ногу на ногу.