Милка даже не попросила.
Просто взяла бокал, когда он протянул.
Посмотрел на Тёму.
Тот уже снова усаживался в кресло и ничего особенного в собственном поведении, похоже, не видел.
Интересно.
Минут через десять вернулись остальные.
Тина вошла первой. Алиса — следом.
Обе уже переоделись, волосы ещё влажные. Алиса без лишних разговоров устроилась на большом пуфе возле кресла Руса.
Тина же до свободного места даже не дошла.
Увидела Санту.
— Боже, она всё это время так и лежала?
Санта лениво подняла голову.
Тина опустилась перед ней на корточки и протянула ладонь. Собака обнюхала пальцы и позволила почесать себя за ухом.
— Какая же она спокойная.
— Она старая, — сказала Софи. — Ей уже мало что в этой жизни кажется достаточно интересным, чтобы ради этого вставать.
Санта тяжело вздохнула и снова положила морду на лапы.
Компания снова собралась вокруг камина.
Алиса вела себя совершенно нормально — будто джакузи не было вообще.
Может просто старалась быть нормальной при Руслане.
Чёрт её знает.
Меня это особо не волновало.
Рус вдруг хлопнул себя ладонью по колену.
— Я вспомнил.
Поднялся и направился к кухне.
— Уже страшно, — сказал Тёма.
— Хозяин дома оставил нам подарок.
Рус открыл верхний шкафчик и достал прозрачную бутылку без этикетки.
— Чача, — сказал, подойдя к нам.
Посмотрел на бутылку. Потом на Руса.
— Он нас ненавидит? — Скривилась Тина, отрываясь от собаки.
— Наоборот. Сказал обязательно попробовать.
— И сколько там? — поинтересовался Артём.
Рус пожал плечами.
— Домашняя. Кто ж её мерил.
— Отлично. Даже крепость неизвестна. — Сказал я.
— Не ной, Долматов.
Он выставил на стол маленькие рюмки, разлил всем понемногу.
Подняли.
Запах винограда чувствовался даже через спирт.
Выпил.
Горло обожгло сразу.
— Ффуух, — выдохнула Тина.
Рус довольно улыбнулся.
— Хорошая.
— Хорошая? — Тина закашлялась. — Я сейчас вижу звук.
Тёма заржал.
Милка распробовала остаток на губах.
— А мне нравится.
Ну конечно.
— Тебе всё нравится. — Пробурчал я, пытаясь выдержать крепость напитка.
— Не всё. — Сестра бросила короткий взгляд на Алису.
Успел заметить.
Тёма тоже.
Мы переглянулись.
После первой рюмки Рус поставил бутылку на стол, и разговор снова расползся. Кто-то вспомнил прошлый Новый год, Тина спорила с Миллой о том, во сколько нормальные люди просыпаются на отдыхе, Тёма заявил, что раньше двенадцати его утром вообще не существует.
Потом Рус вытащил коробку с какой-то карточной настолкой.
Игра была идиотской, но вечер разнообразила.
Или это была чача.
Собака в какой-то момент поднялась, потянулась и подошла к Софи.
Сначала просто встала рядом.
Потом положила морду ей на колено.
Софи собралась и отправилась гулять. На улице была долго. Через какое-то время я поднялся и подошёл к окну проверить, где её носит.
Была в зоне видимости — медленно шла вдоль края двора, пока Санта что-то вынюхивала у забора.
Вернулся к игре.
Когда Софи пришла, вытерла Санте лапы, потом взялась разогревать остатки ужина и делать мини-бутерброды. На вопрос хочет ли кто-нибудь чай. Компания естественно ее мягко послала, рассказав о том что вечер чаем не доделывают.
Краем глаза ловил, как она двигается.
Чуть медленнее обычного.
Будто параллельно думает о чём-то ещё.
Через несколько минут вернулась с кружкой чая, присела возле меня, подтянула ноги и снова стала обычной Софи.
Где-то через полчаса она убрала посуду, подошла и остановилась рядом.
— Я спать.
Посмотрел на неё.
— Тебя проводить?
Софи улыбнулась.
— Боишься, что я на лестнице потеряюсь?
— Кто тебя знает.
Она задержала на мне взгляд ещё на секунду, потом наклонилась и коротко поцеловала.
— Доброй ночи.
Пошла к лестнице.
— Санта.
Собака посмотрела на Тину, которая гладила её последний час, и нехотя двинулась за хозяйкой.
Игра продолжилась.
Милла зевала, теряла карты, один раз уронила рюмку себе на штаны и минуту доказывала, что виноват стол.
Но наверх не шла.
Алиса сидела на пуфе.
Милка — на диване.
Алиса потянулась.
Милка посмотрела.
Опустил карты.
Серьёзно?
Она реально её пережидала.
Тина сдалась первой.
— Всё. Я больше не могу. Завтра меня на лыжи не будите.
— Никто и не собирался, — сказал Рус.
Она показала ему язык и поднялась.
Алиса посмотрела на время.
— Я тоже, наверное.
Милка мгновенно перестала зевать.