— И какая цена? — спросила я, приподняв бровь.
— Например… один кофе. Обещаю, на твой не покушусь.
Я тихо рассмеялась — в его голосе не было давления, только лёгкость и искренний интерес. Это было приятно.
— Возможно, соглашусь. Но не как оплата за услуги.
— А вот и мы, — раздался звонкий голос за спиной.
Я повернулась. Две девушки. Одна — с ярко-красными длинными волосами. Вторая — светлая, в лёгкой кожанке и с высоко собранным хвостом.
— Милла! — обернулся Миша. — И Окси с тобой. Вот это поворот!
— А вы будто не знали что мы придем, — улыбнулась рыжая — Милла. Она скользнула взглядом по всем, остановилась на Валере, а затем — на мне.
— А я тебя знаю, Софи, верно? Приятно познакомиться.
— Взаимно, — кивнула я. Голос её был мягким, почти мурлыкающим, но в глазах блеск, внимательный и цепкий.
— Подвинься, Валер, — сказала она легко, и тот, не споря, отодвинулся. Милла села между нами, как будто это было самым естественным на свете.
— Я и наслушалась, и насмотрелась, — с усмешкой сказала Милла, подливая себе немного шота. — Особенно после вашей прогулки в полотенце…
Она бросила взгляд на меня, а потом на Катю. — Вы как вообще… Демиду дорогу перейти успели?
Катя усмехнулась, чуть подалась вперёд, с интересом посмотрев на Миллу:
— Да мы и не планировали. Он сам всё время где-то под ногами.
— Особенно под нашими, — добавила я спокойно, взяв бокал. – Он первый начал, а мы ответили.
— Может, он просто не привык, что ему кто-то отвечает, — хмыкнула Окси, откидываясь на спинку дивана.
Милла рассмеялась, но не злорадно — легко, будто поняла, что говорит именно тот человек, кто тоже это всё видел со стороны.
— Ну, в любом случае, — сказала она, наклоняясь ко мне чуть ближе, — если вдруг понадобится помощь,… я умею быть полезной. Иногда, даже молча.
Я задержала на ней взгляд. Её голос был, без нажима, но я чувствовала — эта девушка знает гораздо больше, чем говорит. И говорит она не просто так.
Я улыбнулась чуть холоднее, но без враждебности:
— Спасибо. Но это наша война. Не хватало ещё, чтобы и тебе прилетело, как нам.
— Как знаешь, — кивнула Милла, отпивая глоток. — Просто не всегда лишняя рука — это слабость. Иногда — это как запасной парашют. Мало ли.
Катя подняла бокал:
— За запасные парашюты.
Мы чокнулись. Бар стал шумнее, музыка — громче, а лица вокруг — размытее. Вечер незаметно потёк дальше, как вода сквозь пальцы, будто всё происходящее было только увертюрой к чему-то большему. К чему именно — никто из нас не знал.
Мы были пьяны. Я — приятно, тепло, с лёгкой ватой в голове. Катя — порядком, с раскрасневшимися щеками, щедрым смехом и с каждым тостом всё более бессвязной речью. Но нам было весело.
Вечер быстро разогрелся. Компания шумная, но лёгкая. Валера шутил, ребята подхватывали, Милла держала всех в одном ритме. Я смеялась больше, чем за последние месяцы. Кто-то предложил продолжить у них — «до утра!»
Катя уже тянулась за телефоном, но я поймала её руку.
— Пора.
— Но ещё коктейль…
— Ты уже его выпила.
— Провести? — спросил Валера.
— Справимся, — улыбнулась я. Он ответил так же — ненавязчиво, почти по-дружески.
На улице было свежо. Катя прижалась ко мне на каблуках.
— Ты классная, Фи, — пробормотала она, пока я усаживала её в такси. — Без тебя я бы поехала. И пожалела бы.
— Вот поэтому мы и уезжаем.
Такси тронулось, а я смотрела на огни улиц и думала: сегодня мне было неожиданно хорошо.
******
Катя весь день была вне зоны — после вчерашнего это неудивительно. Наверняка лежит пластом и проклинает шоты, веселье и, возможно, меня.
Я же день провела дома: читала, ходила по участку, сидела на веранде с чаем. И снова проходя мимо сарая, заглянула внутрь.
Снаружи он выглядел мило — светлое дерево, винтажная дверь. А внутри царил хаос: пыль, банки, сломанная сушилка, коробки. Пахло сухим деревом и металлом. Я распахнула окна — стало легче дышать.
Но место имело потенциал. Уютное, закрытое. Я сразу увидела: тут — стол, там — полки, весы, пробирки, мягкий свет, лаванда в диффузоре. Не лаборатория, конечно, но маленькая студия — почему нет? Во мне щёлкнуло.
Я почти бегом вернулась в дом и поймала одну из уборщиц. Она кивнула без вопросов. В голове уже шёл список: убрать, разобрать, поставить лампы, маленький холодильник. У всех в доме есть свои зоны — пора и мне иметь свою.
Воодушевлённая, я набрала Эмили. Мы толком не болтали с моего отъезда, но сейчас она включилась мгновенно. Я показывала сарай по видеосвязи, объясняла, что где будет стоять.
— Поставить стол, как у нас был, — сразу сказала она. — И весы. И стойку для пробирок.