У меня в голове не было порядка. Только беспокойство, злость и чёртова девчонка, которая не должна была там вообще быть.
Глава 15
Софи
Выйдя из университета, я была в приподнятом настроении. После общей лекции с четвёртым курсом внутри ещё звенело от напряжения, но главное — я справилась. Оказалось, не так уж и страшно.
Катя пошла в секретариат разбираться с расписанием, а я вышла на улицу — подышать, согреться в осеннем солнце. День выдался неожиданно тёплым.
Я стояла у колонн, глядя на студентов, спешащих по делам, когда услышала рядом мягкий, чужой голос:
— Haben Sie wirklich keinen Kaffee mehr für mich übrig?
(У вас действительно не осталось кофе для меня?)
Светловолосый парень легко улыбнулся и продолжил:
— Oder ist Ihr Automat nur auf zwei Portionen eingestellt?
(Или ваш автомат настроен только на две порции?)
Его немецкий был хорош, в отличие от моего. Мой был был мягко говоря на троечку.
— Mein Automat ist nur auf diejenigen eingestellt, die Kekse mitbringen. - ответила я.
(Мой автомат настроен только на тех, кто приносит печенье.)
Он улыбнулся.
— Прости, я просто… не ожидала. Не часто со мной заговаривают на немецком языке.
— Ты говоришь без ошибок, — повторил он. — Только акцент. Красивый, кстати.
Я чуть улыбнулась:
— Спасибо. У меня преподаватель был… строгий. И слишком романтичный, как для грамматики.
Он коротко рассмеялся.
— Это хороший тип учителя. У меня был другой — бабушка. Каждое лето отправляли к ней в Гамбург, и вот там без вариантов: хочешь шоколадку — сначала расскажи, где у тебя в предложении глагол.
— Сурово, — сказала я, посмеиваясь.
— Зато эффективно. А потом как-то само пошло, и теперь, кажется, уже не забудется, – он улыбнулся. — Ты, кстати, очень красиво уделала профессора, Фомин был в ужасе.
— Значит, не было видно, как у меня руки тряслись? — спросила я, чуть усмехнувшись.
— Было, — ответил он честно. — Но выглядело не как паника, а как… напряжённая готовность. Как будто ты не боишься, а просто собираешься нанести точный удар.
Я хмыкнула.
— Удар — сильно сказано.
— Фомин замолчал на полминуты. Для него — это почти нокаут.
Он снова улыбнулся. Спокойно, уверенно, без нажима.
— Меня Стас зовут.
— София. Четвёртый курс? Да? – Спокойно сказала я, как бы подтверждая для себя.
— Да. Международные отношения.
— А говоришь, как будто уже на магистратуре.
Он рассмеялся.
— Это бабушка. Гамбург. Летние каникулы под диктовку.
— Суровая школа.
Он чуть кивнул, но не успел ответить — из корпуса вышла Катя. Она уже увидела меня и направлялась в мою сторону, выразительно приподняв бровь, как бы спрашивая: «Это кто такой?»
Я повернулась к нему.
— Мне пора.
Он не стал удерживать. Только сказал негромко, с той же спокойной улыбкой:
— Рад был познакомиться, София.
— Взаимно.
И пошла к Кате, чувствуя на спине его взгляд, но не оборачиваясь.
Катя заметила меня сразу — и, судя по её прищуренным глазам, всё уже поняла. Конечно, поняла. Она же видела, как мы разговаривали. Подошла, не спеша, но с тем самым выражением лица, от которого не отмахнёшься.
— Так… Кто это был? — спросила она, будто невзначай, но голос — с ноткой допроса.
Её глаза всё ещё следили за уходящим Стасом.
— Просто парень, — пожала я плечами. — Стас. Мы случайно заговорили. Он услышал меня на лекции. И подошёл поговорить на немецком.
— Случайно. И на немецком? — переспросила Катя, поднимая бровь. — Прямо как в фильме: он подошёл, ты блеснула акцентом, потом романтика, кафедра, свадьба...
Я хмыкнула.
— Кать, он просто вежливо заговорил. Приятный, спокойный. И всё, — я слегка улыбнулась. — Мне понравился этот разговор.
— И всё, — повторила она, закатывая глаза. — Он симпатичный. Ты улыбалась. Он слушал, как будто ты — живая музыка.
Я ничего не ответила и подруга снова задала вопрос:
— Он хотя бы номер спросил?
— Нет, — покачала я головой. — Даже не намекнул. И, знаешь, это… странно приятно. Ни одного лишнего движения. Как будто хотел просто поговорить.
Девушка задумалась. Несколько шагов прошла молча, потом вдруг сказала:
— Всё равно странно, что Валерка так и не написал тебе, — с ноткой разочарования подметила подруга. — Я почему-то думала, что из меня выйдет хорошая сводница.
Я слегка вздрогнула.
— Не написал и не написал, — пожала плечами. — Я как-то даже и не задумываюсь об этом.