Вечером после ужина я пришла к бабушке в её комнату. Она как раз укрылась пледом и читала в кресле, но, увидев меня с телефоном в руках и каким-то напряжением в лице, тут же отложила книгу.
— Помнишь, я рассказывала тебе про одного мальчика? Того, из-за которого мне пришлось семь часов сидеть на парковке? — спросила я, садясь рядом.
— Конечно. Ты тогда так громко ворчала, что даже Санта ушла на кухню, — усмехнулась она.
Я включила видео которое записала сегодня. Она внимательно посмотрела на кадры клубящегося бордового дыма, потом чуть поморщилась, когда я описала запах и эффект.
— Это… твоя месть ему? — уточнила она.
— Бомба-вонючка. Чисто научный проект. Но да — я хотела положить это в его машину. С беленьким салоном. Чистую. И пусть потом ищет, откуда так воняет.
Бабушка молчала. Санта подошла и положила голову на мои колени.
— И какой у тебя вопрос? — спросила она.
— Если честно, я вижу весь масштаб вреда, который нанесу ему, и мне страшно от самой себя, и я думаю, что, может, не стоит?
Она посмотрела на меня долго. Не с упрёком — с пониманием.
— То, что ты пришла — уже хорошо, — мягко сказала она. — Когда человек начинает сомневаться в своих действиях, значит, он ещё не перешёл ту грань, за которой нельзя повернуть назад.
Я молчала.
— То, что ты придумала — да, это умно. По-своему даже красиво. Но... если представить, что это твоя машина. Или твоей подруги. Или просто кого-то, кто не понял, что обидел тебя — и вдруг получил это в ответ…
— Поверь, он прекрасно понимает, что обидел меня, и делает это специально, — встала я на свою защиту.
Она не заканчивала фраз, не настаивала. Просто оставляла воздух между словами, чтобы я могла сама его заполнить.
— Я не скажу тебе, как поступать. Ты сама у меня умная. Просто… я бы на твоём месте попробовала сначала сделать шаг к примирению. Маленький. Просто поговори с ним. И тогда ты уже точно поймёшь — стоит ли запускать свою «бомбу», или лучше придумать что-то другое. Что-то, что потом не будет жечь тебя изнутри.
Я кивнула, не сразу. Санта вздохнула у меня на коленях, будто тоже что-то чувствовала.
— Спасибо, — сказала я, — мне нужно было это услышать.
Бабушка вернулась к книге, но я заметила: она не читала. Просто давала мне время подумать в тишине. Я вернулась в свою комнату, села на кровать и долго, очень долго сидела с телефоном в руках. Нужно решить это здесь и сейчас, завтра у них в расписании физкультура. Завтра или придётся ждать ещё неделю. Чтобы выкрасть у него ключи. Но как же оказалось сложно решиться написать ему первой. Несколько раз переписывала текст, не зная, что сказать. А потом просто набрала его номер и нажала вызов. Я понимала, что так у меня не будет выбора, а написать, кажется, так и не смогу.
Гудки, он долго не брал трубку. Но потом я услышала.
— Слушаю, — его голос был спокойным. А я боялась, что мой сейчас сорвётся.
— Предлагаю перемирие! — сказала первое что крутилось в моей голове.
Он ухмыльнулся, я уже представляла его победное выражение лица.
— Что так? Не хватило мозгов придумать ответку и решила сдаться?
— Я не сдаюсь. Я предлагаю вариант — разойтись. Ты не трогаешь меня, я не трогаю тебя. Живём дальше своими жизнями, обходя друг друга стороной.
— Согласен! Меня устраивает. Только после того, как ты признаешь своё поражение публично!
— Мне как, встать на колени на парковке университета? Или хватит лёгкого поклона?
— Ну, можешь сказать, что новый парень отнимает у тебя все силы, поэтому сдаёшься, принимаешь поражение. Всё по-честному! — сказал он с ленивой усмешкой. Я представила как он самодовольно улыбается, лёжа на своей кровати, держа телефон одной рукой.
Я замерла. Несколько секунд просто дышала. Потом выдохнула:
— Ты правда думаешь, что я слабее?
— Я думаю, ты позвонила первой. А это уже кое-что говорит, Софи, — он явно наслаждался ситуацией. — И знаешь, я даже не удивлён. Ты могла бы признать, что заигралась. Но хочешь уйти красиво. Типа перемирие. Чтобы не выглядеть проигравшей.
Я почувствовала, как сжимаются кулаки. Глубоко вдохнула, чтобы не сорваться. Но он продолжал:
— Если бы ты реально хотела мира, ты бы не начала с понтов. А так — ты просто пытаешься контролировать даже свою капитуляцию. Мило.
— Это не капитуляция, — резко бросила я. — Это была попытка по-взрослому закрыть глупый конфликт. Без драм, без грязи. Но ты не умеешь иначе, да?
Он хмыкнул.
— Не все войны стоит заканчивать. Некоторые — слишком весёлые.