— Даже не знаю, — протянул он. — За такое геройство нужна… благодарность.
Ключи уже были у самого молчаливого — он стоял, опершись о свою машину, и спокойно курил, не сводя с меня взгляда.
— В наше время героям одних слов благодарности мало? — Добавила я, глядя прямо в его стальные глаза.
Парни расхохотались. Мурашки пробежали по коже.
— Давай так, — сказал блондин, делая шаг ко мне, — один поцелуй, и ты уходишь.
В его движениях была лёгкая небрежность, он казался расслабленным.
— Серьёзно? — я попыталась не подавать страха.
— Один поцелуй, крошка, — ухмыльнулся он. — Всё по-честному. Мы же честные пацаны, да, парни?
Так хотелось врезать ему по его самодовольной морде, но их было четверо, а я одна. К тому же в школе у нас не преподавали ничего интересного, кроме лакроса, плавания и лёгкой атлетики.
— Как тебя зовут-то, а? Подарочек? — спросил один справа.
Все они были ухоженными, уверенными, с блестящими часами. Не старше двадцати пяти, но вели себя так, будто мир уже принадлежит им. В машине играла музыка.
"Беги, дорогая, беги…
Беги ради папы и мамы…"
Смешно. Прямо саундтрек к моменту.
— Эй! Ты что, язык проглотила? — Блондин снова попытался обратить на себя внимание.
Его рука легла мне на плечо. Я вздрогнула и сделала шаг в сторону.
— Как зовут тебя? — повторил смуглый.
— Софи... я, — выдохнула я. Я всё ещё не привыкла называть себя полным именем.
— А фамилия у тебя имеется, Софи… я? — с усмешкой спросил блондин. — Машинка-то не из дешёвых.
— Симонова, — проговорила я первое, что пришло в голову.
— Ну так что? Не передумала? — Уточнил блондин.
Я медленно повернулась к нему и... улыбнулась. Почти тепло.
— Хорошо. Поцелую.
Парни замолчали.
— Вот это поворот, — хмыкнул блондин. — Ну давай.
Я сделала шаг. Но не к нему.
А к тому, кто стоял у капота, всё это время молча. К тому, у кого в руках были мои ключи.
Он даже не шелохнулся, когда я приблизилась. Только его взгляд — холодный, внимательный, словно прицел.
— Ты, — сказала я тихо. — У тебя ключи. Значит, ты решаешь.
Он ничего не сказал. Только медленно выдохнул дым и поднял одну бровь.
— Поцелую тебя. Но только тебя.
— Что? — Саня рванулся вперёд. — Я сказал.....
— Ты сказал "поцелуй — и свободна", — отрезала я, не глядя на него. — Не уточнил — кого.
Он улыбнулся. Медленно. Почти незаметно.
Его глаза скользнули по мне — от глаз до губ. Он пошевелил губами и что-то сказал, но я не услышала. Я встала на носочки и коснулась его губ — быстро, коротко, холодно. Почти безэмоционально.
Но прежде чем успела отстраниться, его рука скользнула к моей талии, вторая — к щеке. Он притянул меня ближе и поцеловал по-настоящему — медленно, настойчиво, как будто у нас не было зрителей и времени.
Я замерла. Не знала — замерла от страха, от неожиданности или от чего-то другого. От него пахло сигаретами, алкоголем и чем-то похожим на сандал вперемешку с древесными нотами и приторным, возможно, жасмином. Не его аромат. Не подходит для этого человека. Даже "Саваж" был бы лучшим выбором, чем это. Когда попыталась отстраниться, он отпустил меня сам. Вложил мне в ладонь ключи.
— Иди.
— Эй, теперь моя очередь! — усмехнулся блондин.
Я выпрямилась, не сводя с него взгляда.
— Тебя? Я бы не поцеловала даже под угрозой смерти.
Он на мгновение опешил, а его дружки стали смеяться.
Села в машину — первым делом заблокировала двери и окна, завела мотор и поехала так быстро, как могла.
Лишь проехав пару кварталов, остановилась на освещённой улице — под фонарями, у большого здания. И разрыдалась. Они ведь могли не отпустить.
Осадок той ночи остался со мной надолго. О случившемся я рассказала только Кате. Она слушала с широко распахнутыми глазами, и я видела, как ей было стыдно. Стыдно за то, что она не ушла вместе со мной. Что даже не проводила до машины. Что не проверила, правильно ли я включила навигатор.
Потом она долго возмущалась, грозилась, что если когда-нибудь увидит этих уродов, они десять раз пожалеют, что вообще родились. Я знала — подруга просто пыталась поддержать. Она понимала, что, скорее всего, мы больше никогда их не встретим. Но сказала то, что мне было нужно услышать.
Глава 3
Демид
Мы летели по ночному городу. В салоне было душно от алкоголя, голосов и басов.
Я вёл машину, пальцы на руле — чётко по привычке. Правая — на семь часов, левая — на одиннадцать.
Водить я любил.
Моя малышка мягко вела себя на дороге, вальяжно катилась по асфальту. Сзади гоготал Артём, уже наполовину навеселе, что-то скидывал в общий чат, комментировал, ржал. Рядом Игорёк поддерживал его.
Мы были в ударе.
Сегодня Тема был горд собой как никогда: его девчонка, с которой он мутил пару недель, согласилась встретиться и привести двух подружек. Само собой началась беготня: «А чё там? А как развлечём, а что будет особенного?» Они попросили "кое-что". А Тёма, не думая, сразу наобещал им "тему". Он всегда врал убедительно, так что сам начинал верить в это. И вот мы втроём, сорвавшись из бара, ехали к бывшему однокласснику Игорька за «планом». Мутный тип, но с нужными знакомыми. Через десять рук всегда мог достать то, что нужно. Поэтому с ним мы дружили. Никогда не знаешь, что может пригодиться.