— Потому что мы тебя любим и беспокоимся, — сказала Милла.
«Любим?» — переспросил мой мозг, а я скосила взгляд на неё.
— Не знаю насчёт любви, — я пожала плечами, не глядя на него. — Лично я пришла посмотреть, как тебе морду набьют.
Он фыркнул.
— Очаровательно, — отозвался он, — просто тронула до глубины.
— Удивительно, что у тебя ещё осталась глубина, — парировала я. — После всех твоих усилий сделать из себя бетонную стену.
— Иногда стена — единственный способ не развалиться, — сказал он сухо.
Милла нахмурилась, но не вмешалась.
Он отошёл на шаг, потом, не оборачиваясь, добавил:
— Поехали.
— Пожалуйста? — я посмотрела на него.
— Флешка, декан, батя, — коротко сказал он, направляясь к выходу.
Я вздохнула.
— Ты ведь понимаешь, что когда-нибудь трюк с флешкой не прокатит? И тогда я снова испорчу твой салон. Или ещё что-нибудь, — сказала я, вставая.
Я кивнула Артёму и Милле, перекинула сумку через плечо, будто мы не обменялись ни словом, и пошла за ним.
Мы вышли из здания и уже собирались пойти к машине, когда в нескольких метрах от нас услышали чьи-то хлопки.
— Поздравляю, Демид, — мужской голос, мы повернулись.
Перед нами стоял парень. Я узнала его. Это тот, кто был на парковке тогда. Светловолосый, смаленькими глазами и наигранным самодовольством. Он практически не изменился. Демид повернулся ко мне.
— Подожди меня в машине, — спокойно сказал он, а затем добавил, — пожалуйста.
Я даже растерялась. «Пожалуйста» от Демида Долматова.
— Я не задержу.
Светловолосый парень уже шёл к нам, а Демид, схватив меня за руку, оттянул чуть за спину к себе.
— Просто хотел поздравить с победой!
— Спасибо, — сухо ответил Демид.
— В этот раз тебе повезло. Мои бойцы куда сильнее будут, — снова сказал он, но смотрел почему-то на меня.
— Это всё, что ты хотел сказать? — спросил Демид.
— Вообще-то нет, нам с тобой перетереть нужно будет как-нибудь.
— Без проблем, — отозвался Демид. — Без свидетелей. Просто скажи когда.
Парень усмехнулся, напряжение висело в воздухе.
— Ох, не кипятись. Я же не враг. Пока. — Он снова посмотрел на меня. — Мы с тобой где-то тусовались вместе? Смотрю и не могу вспомнить, а я обычно таких не забываю.
Я почувствовала, как Демид крепче сжал мою руку. Неужели он боится, что я ляпну что-то, что ему не понравится? Что выдам какой-то наш секрет? Или, что ещё хуже, какой-то свой?
В его хватке был приказ: молчи.
— Не трудись вспоминать, — голос Демида звучал низко, почти рычаще, и я чувствовала, как напряглись его мышцы рядом со мной. Он перехватил взгляд Сани, и в его глазах вспыхнуло что-то холодное, предупреждающее. — Она не из тех, кто «тусуется». И тебе её знать незачем.
Его слова ударили не только по Сане, но и по мне. «Не из тех, кто тусуется»? Он что, всерьёз пытается меня защитить? Или просто помечает территорию, как дикий зверь? Это было унизительно и... странно. Я вдруг стала «его», тем самым объектом, который не может говорить за себя. Мой рот против воли сжался в тонкую линию.
Саня улыбнулся, но его улыбка не дошла до глаз. Он посмотрел на меня — хищно, с каким-то мстительным любопытством.
«Не из тех, кто тусуется», — эхом отдавалось в голове. Это было так далеко от истины. Или так близко к ней.
Демид всё ещё держал мою руку, его пальцы впились чуть сильнее. Я чувствовала его тепло, его злость, его неожиданную потребность защищать. Или контролировать. От этого меня бросило в дрожь. И я не была уверена, от ненависти или от чего-то другого.
— Неважно, — Саня хмыкнул, отводя взгляд от меня, но его угрожающая улыбка никуда не делась. — Я скажу, где и когда, через Игорька.
Он развернулся и пошёл прочь, растворяясь в толпе, но его слова повисли в воздухе, как обещание скорой беды. Демид отпустил мою руку, и я почувствовала резкий прилив холода, словно его тепло было единственной защитой от чего-то, чего я не до конца понимала.
Когда он ушёл, Демид вздохнул. Он старался держать лицо, но по тому, как напряглась его рука в моей, я поняла — он был на взводе.
Он повернулся ко мне и мягко подтолкнул к машине.
Когда я села за руль, а он опустился на пассажирское сиденье, я заметила, как он осторожно придерживает левый бок. Значит, бой прошёл не так уж гладко, как он пытался показать.
Я завела двигатель, но не успела тронуться, как он вдруг сказал:
— Софи, посмотри на меня.
Я посмотрела. Красивый, с правильными чертами лица, напряжённый. В его голубых глазах не было ни тени иронии.
— Если ты когда-нибудь увидишь этого типа… где угодно. Даже если просто покажется, что кто-то похож на него. Без геройства, без раздумий — сразу звони мне. Хорошо?